Внимание всех снова приковалось к «экрану». Там появились кадры некой молодой светловолосой худой девушки невысокого роста.

– Это – принцесса Парпланда. Единственная любовь и смысл всей жизни нашего героя… Сама видела там на планете, как она сохнет без него.

Фабри, посмотрев на Эйлу, кивнул головой.

– И этот Брод тоже обомлел, когда я припугнул его ею!

Ирма тут же зыркнула на экран.

– Я убью ее – снова тихо произнесла она.

– Это можно… Но лучше, все таки, сначала ее схватить, тогда все остальные проблемы просто падут к нашим ногам, как плоды с деревьев.

Ярко-голубой диск гиганта закатывался куда-то в сторону, вынуждая автоматику вип-номера подстраивать освещение. Прошло уже несколько часов к ряду. Важные разговоры закончились, все немного устали и расслабились.

– Куда думаете завалиться на вечер, а? – спросил у Ирмы и Эйлы Фабриан, все время посматривая на гостью.

– Думаем завалиться спать, после того, как наши комнаты уберут от вашего присутствия – съязвила Ирма, глядя больше даже не на Фабриана, а на бородачей.

Те уже давно поняли, что «райская жизнь» в вип-номере подходит к концу.

– Пойдем, Хуги, прошвырнемся по местным пабам, может застанем тех наших хронографисток – подмигнул тому Мунин.

– Фабри, давай с нами, если хочешь – предложил Хуги тому.

– А Фабриан может остаться, если, конечно, хочет… Тут же есть 3-я спальня… Но в таком случае надо, чтоб он организовал нам ужин.

Сказав, «Эстрада» посмотрела не него полными нежности и благорасположения глазами и улыбнулась.

– Закажи что-нибудь эдемское… Не хотелось бы засыпать на пустой желудок, правда? – добавила она, повернувшись к Ирме на последней фразе.

Та слегка улыбнулась, поняв намек, и утвердительно кивнула головой.

– «Вот же ж Хель-баба!» – глянув из-подо лба подумал Мунин.

– «Идем уже. Этот праздник не на нашей улице. Нечего слюни пускать»

Оба «вестника» собрались и быстро покинули номер. Фабриан же, ожидаемо, остался и ушел в холл заниматься ужином, оставив Ирму и Эйлу в их комнатах.

Альфа-Бета-Капелла

Как написал один известный хронограф, посетивший систему парной звезды «Капелла»: «Увидеть необычайной и, по истине, фантасмагорической красоты переливы двойной звезды и тут же умереть». Однако на самом деле эта метафора имела под собой вполне научное обоснование, ибо смотреть на светило без специальных фильтров, находясь в системе, было смертельно опасно. Как ни странно, но именно это не так давно открытое губительное для мозга сигма-излучение являлось основным в реакции получения крайне сложных и таких же высоко-прочных композитных материалов, столь востребованных в космической отрасли.

– Брод, это Аманда! Танцуй и пой! Я нашла причину перехвата управления силовой установкой на «Спэйсгейте»!

Аманда потревожила Брода как раз, когда он, стоя на мостике «Лиода» в гордом одиночестве, наслаждался кинематографической проекцией изображения парной звезды во всей ее допустимой для человеческого глаза красе. Где-то там с другой стороны от него отчаливал шаттл, увозящих группу Дэнеба с его отрядом. Впереди их ждал финальный брифинг и десант на поверхность Крона.

– Приду, там все расскажешь… С меня танец и песня – ответил Брод по нейро-линку и отправился в нижний ангар.

Уже на пути к лифту его поймал входящий с крейсера класса «Аллигатор», который был тут же на орбите парной звезды. Именно в нем находился мозг всеми операциями на планете и в системе со стороны Федерации, в общем, и со стороны Терра-Новы, в частности.

– Брод, это Хаттер Неверидж, капитан крейсера «Раупе». Ситуация за время вашего полета сильно изменилась. Срочный брифинг в 8 по местному. Это уже через 7 минут. Соберите весь ваш командный состав! Конец связи.

«Да уж! Четкий какой капитан! Конкретный!» Брод даже не успел поздороваться, как остался один на «линии». Развернувшись на месте, он зашагал обратно на мостик, вызывая попутно Тулулу и Николь.

Брод, как и несколько минут тому, снова стоял на прежнем месте и все так же не сводил глаза с проекции, где во всю мощь сенсоров отображалась двойная звезда «Капелла». До брифинга оставалось буквально несколько секунд, как на мостик вбежали сначала Тулулу, затем Николь. Последняя рухнула в кресло-ковш, когда на «экране» уже «нарисовался» мостик «Аллигатора» с самим Хаттером по центру и двумя офицерами-помощниками на фоне. Сам Хаттер был уже не молод. Хотя черные короткие ровно уложенные на бок волосы и горящие широко расположенные небольшие голубые глаза об этом совсем не говорили. Возраст выдавали седые виски. На нем они смотрелись слишком уже чужеродно. Броду даже показалось, что тот вполне мог бы пройти процедуру омоложения и убрать эту смешную серебристую «россыпь» у висков при том, что бороды у того на лице не было, а лишь только черные и аккуратные короткие усы. Хотя, с другой стороны, еще там на учебке он вспомнил какое уважение испытывал к капитану Беккету, в том числе и благодаря возрастным сединам. «М-да. Быть может, будь этот Хаттер помоложе, не воспринимался бы мной так же серьезно. А, так, оставил без завтрака, а я даже не пикнул».