Читаем Отражения полностью

Усики вновь пришли в движение. И вновь — ненадолго. Судя по всему, плохие новости Иннокентий узнавал быстро.

— Не чувствую, — разочарованно протянул он, возвращая пробирку в портсигар. — То ли Письменника здесь нет, то ли его очень хорошо прячут.

— От тебя можно спрятаться? — искренне удивилась Порча.

— Можно, — кивнул Кросс. — Трудно, но можно.

— Чем этот Письменник важен?

— Тем, что способен выстроить идеальную крепость, — ответил толстяк, продолжая водить усиками по сторонам. — А значит, его исчезновение — плохой знак.

— Война близко?

Иннокентий понял, что сказал слишком много, и повернул лицо к девушке. Но не открыл глаза. Впрочем, ему и не требовалось: чувствительные усики позволяли аммердау ощущать и представлять происходящее с невероятной точностью. Тем более — на столь близком расстоянии.

Порча улыбнулась:

— Ты ведь знаешь, что я тебя не предам.

— Знаю, — усики вновь пришли в движение. — Я не чувствую Письменника, но исчезла Учётчица, что весьма подозрительно… — Пауза. — В Москве идёт строительство?

— В Москве всегда идёт строительство.

— Что-нибудь большое?

— Насколько большое? — попросила уточнить Ленка. — Дом? Микрорайон? Стадион? У нас построили несколько стадионов, а за городом лепят один многоэтажный квартал за другим.

— За городом меня не волнует… Стадионы хороши как бастионы, то есть могут являться частью оборонительных сооружений… Нет, должно быть нечто более глобальное, чем стадион, но внутри старых защитных линий.

— Гаап возвёл зиккурат на Садовом.

— Его уже проверили, и Молох убеждён, что Письменник не участвовал в строительстве. И опять же — это не крепость, а в лучшем случае цитадель.

— Тогда что тебя интересует?

— Нечто большее… — Толстяк помолчал. — В своё время стена должна была пройти по вашей кольцевой дороге, для этого её и начали реконструировать, но старый принципал умер, на трон сел малолетний идиот, власть Молоха стала почти абсолютной, и он запретил возведение стены. Ваш большой город сейчас совершенно беззащитен.

— А потом Авадонна, благодаря близости к Элизабет, подвинул Молоха…

— Называй вещи своими именами: потом Авадонна и Гаап вышвырнули Молоха из Москвы, — усмехнулся Кросс. — Их союз был идеален: карлик обеспечивал прикрытие со стороны Древних, Ястребиный действовал. Но сейчас Гаап стал старшим партнёром…

— И ждёт Молоха с войной?

Иннокентий развёл руками, показывая, что всё возможно, а затем его усики задрожали, заволновались, и толстяк резко повернулся в сторону старого центра.

— Ты кого-то почувствовал? — оживилась Порча.

— Пожалуйста, тихо! — Он снова достал портсигар, перебрал пробирки, приоткрыл одну, принюхался, улыбнулся и удивлённо поднял брови.

— Ого!

— Ты нашёл Письменника?

— Нет, — ответил Кросс, продолжая буравить пространство встревоженными усиками. — Но кажется, я смогу немного заработать.

* * *

Адреса и фотографии невест, верой и правдой служащих Древним, Бри получила от таинственного заказчика. Не всех невест, разумеется, а только тех, кто подходил под перечисленные наёмницей критерии возраста и внешности — тех, чьи образы Хамелеон могла использовать. С кого начинать, Бри было абсолютно всё равно, и потому она выбрала ближайший к Смирению адрес. Доехала до нужной станции метро, дальше пешком, благо идти совсем рядом, но ещё на улице почувствовала неладное, а войдя во двор, убедилась, что предчувствия не обманули: у подъезда стояли карета «Скорой помощи», полицейский автомобиль и серый фургон-труповозка.

«Интересно…»

Бри плавно влилась в небольшую толпу зевак, несколько минут просто стояла, внимательно прислушиваясь к идущим вокруг разговорам и давая возможность окружающим привыкнуть к себе, одновременно изучала их, выбирая самого болтливого, переместилась к нему и поинтересовалась:

— Что случилось?

— Старую Наину с шестого этажа убили, — поведал мужичок в спортивном костюме, обрадованный появлению нового слушателя.

— По-настоящему убили? — ахнула Бри.

— Ножом зарезали!

— Грабитель?

— Наверное.

— Никакой не грабитель, — пробубнила дородная женщина, явно недовольная тем, что Бри обратилась не к ней. — Любовник Наину зарезал.

— Наине сто лет в обед, — напомнил спортивный костюм. — Какой у неё может быть любовник? В себя приди, Элеонора!

— Во-первых, не сто, а семьдесят пять, — холодно сообщила женщина. — А во-вторых, мне участковый шепнул, что Наину нашли голой. — Элеонора высокомерно вскинула голову и, наслаждаясь произведённым эффектом, добавила главную деталь: — На кухонном столе!

— Глупость какая, — не сдержалась молодая мама, покачивающая коляску с дремлющим младенцем. — Какой кухонный стол? Наина была старая.

— Семьдесят пять лет, — повторил спортивный костюм.

— А зачем участковому врать? — пожала плечами Элеонора. — Он сам в шоке, не ожидал такого от нашей старушки.

— Ох.

«Любопытно…»

Бри, медленно пятясь, отошла от зевак — поглощённые разговором, они её манёвра не заметили, — после чего спокойным шагом вышла на улицу и повернула к станции метро.