Читаем Отравленные страстью полностью

Демон спрыгнул с крыши, попутно обрушив несколько камней. Малочисленные прохожие завизжали и ринулись в разные стороны, а Файн, не растерявшись, заорала:

— Всем покинуть улицу! Ведутся съемки фльма!

— Волшебница, — пророкотал демон, остановившись в пяти метрах от их компании. — Ты пойдешь со мной.

— Хрена лысого, — безмятежно отозвалась Файн и нацелила острый кончик меча в сторону демона. — Это наша территория, демон. Тебе тут не рады, в отличие от волшебниц.

— Исчезни, валькирия. Я тебя не трону, если не будешь мешаться.

— О, да ладно? А может, я хочу, чтобы меня потрогали? — рассмеялась Файн и шепнула Яффе: — Твой вампир может перемещаться? Если да, то пусть сделает это и заберет тебя. С демоном я разберусь.

— Спасибо, — шепотом ответила Яффа и посмотрела на Кэймрона. Он с сомнением уставился на Яффу, словно размышляя, но тут же схватил ее покрепче и телепортировался в незнакомое ей место.

Оглядевшись, Яффа с изумлением увидела просторную комнату с огромной кроватью и массивным столом, на котором красовался навороченный компьютер, различные диски и жужжащие коробки. Повернувшись к Кэймрону, чтобы задать ему вопрос о том, где они, Яффа узрела вместо вампира пустоту и смачно выругалась.

Проклятье! Он переместился обратно к Файн!

***

Рисковать жизнью своей невесты Кэймрон не собирался, однако бросать ту наглую валькирию один на один с демоном — тоже. Несмотря на ее нахальство, он оценил то, как она бросилась защищать Яффу, предложив им отвлечь демона. Переместив свою колдунью в свой лондонский дом, Кэймрон вернулся обратно в Луизиану.

Схватка была в самом разгаре.

Огненный демон почти показал свою вторую ипостась — он стал выше ростом, мускулы увеличились, а кожа потемнела. Рыча, он дрался с хрупкой валькирией, которая двигалась так быстро, что выглядела как размытое пятно. Перевес был на ее стороне, пока демон не схватил ее меч, раня собственную руку, и не швырнул противницу в сторону. Валькирия отлетела на добрых шесть метров, несколько раз перевернувшись в воздухе.

Сломя голову Кэймрон бросился на подмогу. Яффа сказала, что эта Файн — ее подруга. Что же, он поможет другу своей невесты.

Взревев, Кэймрон накинулся на демона, толкая его мощным ударом в плечо. Замахнувшись, он от души врезал ему по лицу, и добавил ногой, метя в грудную клетку. Раздался противный хруст костей. Демон завопил от боли, и, врезавшись в стену, с грохотом сполз вниз.

— Что ты здесь делаешь, — рявкнула валькирия, приземляясь рядом с ним. — Я же сказала уходить!

— Я увел Яффу в безопасное место, и вернулся, чтобы помочь, — кратко ответил Кэймрон. Прищурившись, он следил, как демон медленно встает, тряся головой.

— Джентльмен, значит? — ухмыльнулась Файн, и ринулась вперед, размахивая мечом. Замах, резкое движение — и голова демона слетела с плеч, покатившись по мостовой. Валькирия наклонилась и деловито обтерла меч об одежду убитого, а затем вложила орудие в ножны.

— Но все равно спасибо, вампир, — бросила валькирия. — А теперь уходи. Скоро прибудут мои сестры, чтобы навести тут порядок. Твое присутствие для них — как красная тряпка для быка.

— Почему?

Кэймрон действительно не понимал. Что он такого сделал, что большинство алвианцев сторонятся его? Он мог понять неприязнь королевы волшебниц — вампиры убили ее родителей, а остальные тогда почему считают его монстром хуже этого демона?

Файн вздохнула и направилась к нему, двигаясь плавно и бесшумно.

— Вампиров не любят, потому что они не могут контролировать свою жажду. Когда вы находите невесту, то хотите пить только из нее, но до той поры сходите с ума от желания крови. И многие из вас совершают ошибку, убивая алвианцев. Наша кровь вкуснее, чем у людей. Пиявки регулярно нападают на фей, нимф и волшебниц, потому что они — легкая добыча. Подумай об этом, вампир.

— Я никогда не кусал и не убивал никого из алвианцев, — просто сказал Кэймрон.

Файн прищурилась.

— А людей?

— Убивал, — признался Кэймрон. — Но не для того, чтобы покормиться. Я уничтожал убийц и воров. Тех, кто нападал на меня.

В глазах валькирии сверкнули золотистые искры, и она склонила голову набок.

— Если ты не врешь, то это достойно уважения. Что связывает тебя с Яффой?

— Она — моя невеста.

— Невеста? Ну, как я сразу не догадалась. А ее королева знает?

— Мне ничего не известно об этом. И все равно, что скажет ее королева.

— На твоем месте я бы опасалась Анхель, — промолвила Файн. — Она безжалостна к тем, кто обижает ее сестер. Но если ты действительно влюблен в Яффу, тебе нечего опасаться.

Кэймрон нахмурился. Есть шанс, что королева волшебниц признает его право быть с Яффой?

— Правда?

— Нет. Анхель оторвет тебе голову прежде, чем ты успеешь слово сказать. И, если бы не война с демонами, она бы уже это сделала, — оптимистично заявила Файн.

— Зачем демоны воюют с волшебницами?

— Они враждуют уже много веков. В последнее время было шаткое перемирие, но из-за пророчества оно нарушилось.

— Что за пророчество?

— Слишком много вопросов, вампир. Тебе лучше поговорить об этом со своей невестой, — отрезала Файн, и прислушалась. — Мои сестры близко. Уходи.