Читаем Отравленные страстью полностью

— В этом вся проблема, — Яффа вздохнула. — Никто не знает, в кого его превратил Тлалок. Поэтому и отыскать Андреаса сложно. По крайней мере, нам с тобой. Но есть кое-кто, кому это по силам.

— Кто?

— Ведьмы. Точнее, одна из ведьм. Стефания.

Кэймрон выглядел озадаченным. Яффа на всякий случай напомнила:

— Ты спрашивал ее обо мне.

— А, эта рыжая, с наглой ухмылкой? Понял, — вампир поморщился, а у Яффы появилось что-то, похожее на чувство удовлетворения. Значит, Стефания пришлась ему не по душе, что лишний раз доказывает его влюбленность в Яффу. Обычно любой мужчина терял голову при виде обольстительной рыжеволосой ведьмы.

— И как нам с ней связаться?

— Ты когда-нибудь был в Луизиане?

***

Прогулка по непролазным дебрям Амазонки и долгий перелет окончательно вымотали Яффу. Оказавшись в поселении, она едва держалась на ногах, и уснула прямо на улице, привалившись спиной к теплой стенке какого-то здания, пока Кэймрон отошел поесть. Он вернулся спустя десять минут — все еще недовольный и мрачный, однако его раны полностью затянулись, а тени под глазами исчезли. Не говоря ни слова, он подхватил ее на руки и телепортировался к аэропорту, где они сели в самолет и отправились в Луизиану. Весь полет Яффа проспала, а по прилету сразу же потребовала отыскать гостиницу — ей был необходим душ и средства личной гигиены. Когда она выползла из ванной, Кэймрон уже плотно занавесил шторы и закрыл дверь — приближался рассвет.

— Я могу встретиться с ведьмой одна, — заметила Яффа, садясь на кровать.

Она полностью оделась еще в ванной — ни к чему провоцировать влюбленного в нее вампира, поэтому нервно одернула край свитера и поправила волосы.

— Нет.

— Мне ничего не угрожает. Ведьмы — наши союзники.

— Твои союзники. Я о них ничего не знаю.

— Они создают артефакты и заклинания, которые продают. Весьма дорого, кстати. И очень любят веселиться.

Кэймрон вспомнил свою встречу со Стефанией — рыжая ведьма отплясывала на барной стойке в мини-юбке и красных кожаных сапогах. На его вопросы о Яффе она недвусмысленно предложила переспать с ней, а когда он отказал, ни капли не расстроилась. У Кэймрона возникло ощущение, что это была своего рода проверка.

— Все равно нет. Снаружи может быть опасно. Я слышал, как это чудик… О, извини, древнее божество угрожало убить тебя.

— Я не в первый раз слышу угрозы, — Яффа пожала плечами, и ее небрежность в этом вопросе разозлила Кэймрона.

— Ты слышишь их в последний раз. Теперь у тебя есть мужчина. Твой защитник, — с нажимом произнес он. — И я не отпущу тебя к ведьмам одну. Вдруг ты сбежишь?

— Я же обещала остаться. Кроме того, ты мне нужен, что найти Андреаса. Мотаться по всему миру утомительно, а у тебя есть волшебная способность.

— Надо полагать, это единственное, что тебе нравится во мне?

Яффа покраснела.

— Нет. Не единственное.

Вампир заинтересованно посмотрел на нее и придвинулся поближе.

— И что же еще тебе нравится?

Твои губы. Глаза. Руки. Яффа могла бы перечислять список до бесконечности, но вместо этого ответила:

— Ты сначала думаешь о моем комфорте, а после — о своем. Эта забота подкупает.

Забота? Ей нравится его заботливость? Но ведь это само собой разумеющееся, нет? Он должен заботиться о ней. Она — его пара. Его хрупкая, невообразимо прекрасная женщина.

— А что тебе нравится во мне? — спросила Яффа.

Все.

Он придвинулся еще ближе, ухватил темный локон, выбившийся из прически. Потянул прядь на себя. Яффа застыла, в ожидании глядя на него.

— Мне нравятся, — хриплым голосом начал он, — твои волосы. Они темные, как ночь, и гладкие, как шелк. Я мог гладить их бесконечно, наслаждаться их запахом, утыкаясь в них по утрам.

Она сглотнула, глядя на него расширенными глазами.

— Мне нравятся твои губы, — продолжил Кэймрон, — они цвета нежно-розовых пионов, а на вкус — как карамель. Сладко-соленая, — он провел большим пальцем по ее нижней губе, — моя любимая.

— Но еще больше мне нравится твоя смелость. Ты не раздумывая бросаешься в самое пекло, чтобы защитить остальных. И твоя преданность. Не мне, — возразил он, — а твоей королеве и сестрам. Ты сделаешь все, чтобы уберечь их.

Пока он говорил это, его руки блуждали по ее телу: пальцы легли на изгиб шеи, лаская нежную кожу, вторая рука прокралась под свитер, вырисовывая узоры на спине. Яффа задрожала, не в силах бороться с подступающим желанием.

«Хочу, чтобы он… Был во мне».

— А мои глаза? Что скажешь о них? — тихо спросила она. Кэймрон улыбнулся.

— Они цвета фиалок. Цвета ночного звездного неба. В них можно смотреть вечность. Я еще никогда не видел таких прекрасных глаз.

Он мягко очертил линию на ее животе, и вдруг ловко толкнул ее. Яффа упала на спину, а через секунду Кэймрон оказался сверху, придавив ее своим телом. Уткнувшись носом в ее шею, он застонал, двигая бедрами.

— Твой запах… Как наркотик.

Задыхаясь, Яффа раздвинула ноги. Даже сквозь ткань своих джинс она ощущала жар, исходящий от его паха. И размер его члена, который сейчас беспощадно терся о ее промежность. Ее трусики уже были мокрыми, а тело горело.

Но это не повод спать с ним сейчас. Только не сейчас, когда она планирует обмануть его.