Читаем Отмеченная полностью

— Он любил ее, — прошептала она с очевидным страданием в голосе.

— Думал, он все еще любит ее, Хлоя.

То, как Гэвин смотрел на ночь в охотничьих угодьях, изменили взгляд Джексона на вещи. Альфа любил свое дитя. Это слишком очевидно. Боль в его глазах при их встречи показала, что он вспоминал мать Хлои. Женщину, которую он потеряли и никогда больше не увидит. Женщину, которую мог отметить как свою пару, если бы обстоятельства были другими.

Обычно Гэвин вел себя как высокомерная задница. Он ожидал, что его приказам будут следовать беспрекословно, без вопросов, без сомнений, выполняя их с железной хваткой. Этим вечером он был осторожен, скромен и нервный. Он хотел познакомиться с дочерью, которую отдал. Каждый почувствовал это. Если Гэвин сделал так, как обещал и расторгнул свое спаривание, ему, возможно, придется отказаться от всего, чем пожертвовал столь многим, чтобы это получить.

Слишком много размышлений об чертовом ублюдке.

— Эта женщина. Та, что в машине. Это была она, не так ли? Его пара, — враждебность ее голоса невозможно было не заметить. — Она знает обо мне. Поэтому он хотел, чтобы мы уехали.

Он сомневался, было бы лучше сказать правду или солгать. Волк Хлои продолжал пытаться выйти на поверхность, энергия и сила которого взывала его собственного зверя к жизни. Гнев не самая подходящая эмоция во время полнолуния, когда труднее всего удержать опасные эмоции под контролем.

— Да.

— Я хочу причинить ей боль.

— Уверен, ты сделаешь это, — он провел пальцем по ее горлу, надеясь успокоить ее. — И я не виню тебя. Но, возможно, тебе стоит поговорить с Гэвином, прежде чем принимать серьезное решение. Он может ответить на все твои вопросы. Могут быть вещи, о которых ты не знаешь.

— Я знаю достаточно, — ее голос снизился на несколько октав, более глубокий и гортанный, чем обычно. — Я видела, как она сморит на меня. Она знает о моих матери и отце. Она знает, что они чувствовали друг к другу и ее не волновало. Эта сука является угрозой.

— Не всегда так просто, — и так не было, не для волков. Когда стаи вовлечены, это меняет ход вещей. Дезире неприятна — черт, она никогда не была милой — но она не зря уважаема в стаях. Она одолела волков, прежде чем остальных сделали это, включая ее. Именно поэтому она согласилась на спаривание с Гэвином, ради волков, которые зависели от нее сильнее.

— Не могу поверить в это, — она пытался вырваться из его объятий. — Ты защищаешь ее!

— Не защищаю, — черт, так сложно предотвратить реакцию своего зверя на ее гнев. Из-за связи, которую они разделяли, ему хотелось отреагировать — уничтожить все, что было причиной страданий его женщины. — Вещи отличаются, когда это касается стай. Я просто констатирую факты.

Он снова ощутил прилив энергии, исходящий от ее волка. Сила животного столкнулась с его, борясь за первенство. Он почувствовал ее гнев, как губы ее отстранились, а она сама зарычала.

— Не лги мне.

— Я не лгу.

Вместо того, чтобы решить проблемы, она все усложнила. Он сумел сохранить ее рядом, но она ударила его несколько раз локтями в груди и по рукам. Ее крошечное рычание стало рыком, это был ее волк, свергнувший ее.

Проклятье.

Время обсуждения вышло.

Так много оставлять вещей в неведенье.

Он перестал оберегать ее и позволил своему волку выйти на поверхность. Зверь признал свою пару, бросаясь поглотить своими силами ее. Они столкнулись в шквале меха и рычания. Хлоя напряглась против него, хватая ртом воздух. Он направлял ее тело к своему, когда она пыталась отодвинуться, прижимая ее крепко к груди.

Первый шаг к обращению сделан.

Не было пути назад.

— Отпусти, — приказал он, его голос стал тяжелым рыком. — Освободи своего волка. Я держу тебя.

Он поспешил на улицу, больше не в силах сдерживать рвущийся вой на луну. Его пульс ускорился, прилив крови к голове был оглушительным. Быстрым движением руки он открыл заднюю дверь. Он скользнул по крыльцу и вниз по стугенькам. Шар завис в небе, настигая их белым светом. Ее стон пронзил его, направляя его к стремлению обратиться.

Сфокусируйся, мудак.

Только когда он достиг открытой местности рядом с деревьями, он акуратно опустил Хлою на землю. Она дрожала, руки сжались в кулаки. Маленькие когти были видны на руках. Она взглянула на него, а он увидел, что ее глаза больше не были человеческими. Красивый зеленый оттенок, такой яркий как рябь весенних листьев на летнем солнце.

— Раздевайся, — зарычал он и начал снимать слои одежды с ее тела.

Ее когтистые пальцы дрожали, когда она помогала ему, схватившись за подол рубашки и потянув ее через голову. Она дрожала без сомнений от холодного воздуха. К счастью, холод был не такой уж значительной проблемой. Не тогда, когда она покрылась шерстью. Когда она расстегнула пуговицу на джинсах, он отошел, чтобы самому освободиться от его собственной одежды. Он сделал это за несколько секунд, но это было недостаточно быстро. Его мышцы горели, а кости ломало. Каждая снятая одежда позволила свечению Луны ласкать его кожу.

Волк ощетинился. Почти самое время.