Читаем Отличный шанс полностью

По тропинке, на полпути к церкви, шла девочка в шортах и белой рубашке. Она медленно передвигала ноги, как будто ее тянули за невидимую веревку. К тому времени, как я поравнялась с тропинкой, девочка вошла в церковь. Стояла полная тишина, если не считать далекого шума машин на автостраде на другом краю долины. Ни пения птиц, ни людских голосов, только этот шум. Часы показывали без пяти десять.

Дверь церкви была открыта. Внутри оказалось прохладно и темно, только золотистый лучик света проникал через круглое окошко, расположенное высоко в дальней стене. Здесь стояла еще более глубокая тишина, поэтому я ожидала услышать ту девочку, но думала при этом о Стелле и ее ребенке, о Крике, о родителях, и мне хотелось слышать и их тоже.

Я остановилась у входа, пока глаза не привыкли к темноте. Постепенно стали видны ряды темных скамеек, проход посередине, а потом, в дальнем конце, я увидела девочку. Она сидела, положив на колени руки со сплетенными пальцами, голова поднята кверху, к окошку с золотистым лучиком. Я представила, что это Стелла сидит там и что мы совсем не в Швейцарии, а в Америке.

Я вышла из церкви и прислонилась к холодной стене. На башне стали звонить колокола, когда девочка только показалась в дверях. От неожиданности она вздрогнула и воскликнула:

- Ой! - Потом увидела меня и посмотрела вверх, туда, где раскачивались колокола. - Ты только послушай! Это звучит так… так…

- Жутко? - спросила я.

- Нет, не жутко, - сказала она. - Удивительно! Невероятно! И… - Она сделала шаг мне навстречу. - Ты американка? Я - американка!

- Я тоже.

Мне не хотелось, чтобы она спросила, из какого я города. Этот вопрос всегда ставил меня в тупик. То ли называть город, в котором я родилась, то ли в котором жила в последнее время или перед этим?

- Я учусь в местной американской школе. А ты? - спросила девочка.

- Думаю, что тоже.

Она посмотрела на меня искоса.

- Ты думаешь? Ты что, не знаешь?

По моим расчетам, я либо совершу побег до начала занятий в школе, либо мои родители приедут и заберут меня, но вместо этого я сказала:

- Мой дядя - директор школы, так что - да, я буду в ней учиться.

- Вот здорово! - воскликнула девочка. - Я здесь начну заново!

Мне было не совсем понятно, что она хотела этим сказать, но разъяснения не последовало, как я ожидала. Вместо этого девочка продолжала оживленно рассказывать о том, что она вместе с родителями остановилась в гостинице в Монтаньоле, и что они собираются в поездку по стране на несколько дней, и что она возвратится к открытию школы, а родители опять уедут в Саудовскую Аравию, где работает ее отец.

- Меня зовут Лайла, - представилась она. - А тебя?

Мне понравилось, как звучит ее имя - Лай-ла.

- Меня? - переспросила я. - Меня зовут Динни.

- Какое смешное имя! - рассмеялась она, но прежде чем я успела обидеться, девочка схватила меня за руку. - Пойдем! - сказала она. - Пойдем в Лугано пешком!

Из деревни, которая оказалась практически сразу за церковью, Лайла позвонила родителям. Я слышала ее голос: “Говорит, что она дочь директора. Я уверена, что с ней безопасно, мама!”

По дороге в Лугано девочка сказала:

- Ты, выходит, будешь жить здесь весь год? Представляю, каково жить здесь целый год. Это как… как… не знаю… как в раю!

- Иногда здесь идет дождик, - пробормотала я.

Она рассмеялась. Смех каким-то мягким бульканьем зарождался у нее где-то глубоко в горле, потом выкатывался и выплескивался изо рта в воздух, обволакивая деревья и кусты. Я бы с удовольствием рассмеялась тоже, но уверена, что издавала бы гораздо менее приятные звуки по сравнению с ней.

Я спросила Лайлу, познакомилась ли она уже с кем-либо из школьников.

- Только с одним, - ответила она. - Недавно, с мальчиком. Гутри, вот как его зовут. Представляешь, что он мне сказал? Он пригласил меня поехать с ним в Милан. В Милан! Сумасшедший какой-то! Как будто родители позволят мне ехать в такую даль, как Милан, с совершенно чужим человеком! И все же он довольно милый, ты знаешь…

Значит, Гутри пригласил с собой в Милан и Лайлу! Я только что познакомилась с этим мальчиком, практически ничего не знала о нем, и все-таки мне было досадно, что он пригласил не только меня. Мне хотелось сказать об этом Лайле, но я на собственном горьком опыте убедилась, что не следует чрезмерно доверять людям, которых недостаточно хорошо знаешь. Когда мы переехали в Калифорнию, я на второй день пребывания в новой школе сказала девочке из моего класса, что мне нравится один из мальчишек. К наступлению большой перемены уже вся школа была осведомлена об этом. По дороге домой меня остановили две девочки и заявили с угрозой в голосе: “Думаешь, раз ты новенькая, то лучше других? Так вот, запомни. Этот парень уже занят. А ты ничем не лучше остальных!”

Поэтому, хоть мне было и досадно, что Гутри пригласил с собой в Милан и Лайлу, я не сказала ей об этом.