Там встретили всех участников нашей зимовки, которые из Норильска уже выехали и ждали парохода. Они по радио с Диксона знали, что мы туда прибыли, закончив свое путешествие по Пясине, и были весьма рады этому, так как до этого, конечно, не имели от нас никаких вестей. По прибытии каравана на лихтер они к нам присоединились, и все вместе благополучно прибыли в Красноярск, а потом и в Томск. Здесь в Сибгеолкоме я сделал доклад о проделанной работе, где указал, что установленная нами судоходность реки Пясины существенно повышает промышленные перспективы Норильска. На первых порах уголь можно транспортировать баржами по Пясине на Диксон и этим же путем завозить в Норильск грузы для строительства, Прокладка железной дороги от реки до месторождения на 12-15 км не представит трудности, так как грунт там крепкий и леса для шпал достаточно. Наши съемки на основе определенных опорных астрономических пунктов позволят составить предварительную судоходную карту Пясины, оз. Пясино и р. Норильской в масштабе 1: 100 000 (1 км= 1 см). Конечно, ее следует дополнять и уточнять для разработки лоции Пясины.

Метеонаблюдения в Норильске установили, что зимние работы здесь вести вполне возможно. Морозы, хотя и могут изредка доходить до -50^о,не являются препятствием, так как сопровождаются штилевой погодой, ибо северных ветров в Норильске не бывает. Препятствием здесь будут служить только сильные ветры южных и юго-западных румбов. При скоростях ветра в 15- 20 м/с работать на открытом воздухе уже трудно, а свыше 20 м/с практически невозможно. Но таких дней не так много. За всю зимовку с октября по апрель их было всего 12, но скорость ветра иногда превышала 30 м/с. Подземные горные работы, конечно, вести можно в любую погоду. Трудно будет только добираться до них от места жилья. На пути туда придется ставить вехи и другие указатели, чтобы не сбиться с пути.

Предварительную разведку каменноугольного месторождения горы Шмидта можно считать законченной. Дальше будет следовать его детальная разведка подземными горными выработками с пробной эксплуатацией и доставкой угля к Енисею. Но эти работы должны вести уже промышленные организации, в первую очередь комитет Северного морского пути, а не Геолком. Сибирскому же отделению Геолкома необходимо заняться изучением медно-никелевого месторождения Норильск I [23], открытого в 1920 г. на северном склоне горы Рудной.

НОРИЛЬСК РУДНЫЙ

Наши прошлогодние зимние работы, проходившие в самых разнообразных условиях - и на открытом воздухе близ зимовки, и с длительными разъездами вдалеке от жилья, и в подземных горных выработках, доказали полную возможность длительных зимних работ в Норильске.

Угольное месторождение горы Шмидта изучено и на первых этапах разведано. Подсчитаны еще возможные запасы.

Такой же путь предварительной разведки должно пройти и медно-никелевое месторождение горы Рудной. Однако необходимость этой работы тогда, в 20-х годах, вызывала сомнение. Никель еще не пользовался большим спросом в промышленности а добыча меди на Урале, в Южной Сибири и Средней. Азии вполне могла обеспечить текущие потребности страны в этом металле [24] Сомнения были рассеяны после анализов норильских руд на благородные металлы. Ко времени нашего возвращения с зимовки хозяйственное положение страны в связи с введением новой экономической политики значительно окрепло. Появилось топливо - уголь, кокс. В Петрограде начала функционировать Пробирная лаборатория Геологического комитета. Образцы норильской руды, переданные мною в прошлом году геологу Н. К. Высоцкому для анализа, были им отправлены в Пробирную лабораторию. Оказалось, что норильская руда действительно содержит металлы платиновой группы, притом в большем количестве, чем в Садбери [25] Необходимость разведки медно-никелевого месторождения Норильска теперь ни у кого не вызывала сомнения.

В связи с этим я был срочно вызван из Томска в Москву в горный отдел Высшего Совета Народного Хозяйства для доклада и организации работ в Норильске. Было решено продолжить геологическое изучение месторождения горы Рудной и начать его разведку не только подземными горными работами, но и бурением. Работы следовало организовать с лета 1923 г. и вести их круглогодично. В первую очередь надо поставить разведку рудных шлир с высоким содержанием металлов на северном мысе горы Рудной: вскрыть их штольнями, опробовать и установить размеры на глубину скважинами. Финансирование и снабжение были поручены Центральному управлению промышленных разведок (ЦУПР) Горного отдела ВСНХ, а научное и техническое руководство Геологическому комитету в Петрограде.