Читаем Откровения полностью

Дома мы пили чай с мармеладом и болтали. Хохотали до боли в животах, разговаривая о сексуальных меньшинствах, мании преследования Олькой и о том, что шиповник течёт словно не в то горло. Палата номер шесть была в сборе, в общем-то. Также делились девичьим, ну как делились, поплакались на голяк того, чего нужно настоящей женщине (разума, конечно). Разошлись ближе к часу ночи, а мне вставать в шесть.

Ну да ладно, зато пообщались чудненько.

Проснулась так, словно и не спала. Сейчас пытаемся подружиться с человечком, который просит меня собирать себе образы. Не думала, что это может так увлечь. Мне хочется носить льняные платья и шёлковые костюмы, босоножки в две зарплаты и перья на подоле. Это новое чувство, приятное, которое растит во мне женщину.

Пока шла по парку к работе, смотрела, как на солнце играет кошка с котятами. Было очень радостно и приятно видеть котячьи игрища. Захотелось погладить, но идиллию нарушать не стала. Уже на работе узнала, что все были приглашены на праздник медперсонала, кроме, как ты думаешь, кого? И ещё одного человечка. Сплочение коллектива, ага. Впрочем, меня это не удивило.

Был приятный неторопливый рабочий день. Коллега чудесно выглядела, о чём я не преминула сообщить. Мне приносит удовольствие видеть улыбки в последнее время. Проживающие все получили от меня порции нежности и тепла: кого-то я погладила по плечу, проходя мимо, кого-то по головушке, кто-то был похвален за послушание, кто-то получил воздушный поцелуй по просьбе, кто-то был ласково назван, кто-то был приобнят, чьи-то пальцы были согреты моей ладонью. Я чувствую, как преисполняюсь любовью, она идёт изнутри, я сама становлюсь её источником – это волшебно.

Я вышла с работы, и от мысли, что придётся ехать в жарком автобусе, меня поворотило, поэтому пошла домой пешком. Путь занял два с половиной часа. Было жарко, но я топала и наслаждалась каждой секундой. Идя вдоль дороги, я обратила внимание, что путь мне преграждает машина, перегружавшая брёвна. Напряглась, ибо мне не нравятся всякие такие штуки, которые не знаешь, как обойти или объехать. Но я нашла проход и успокоилась. Проходя мимо, я задрала голову и посмотрела на рабочего, а он в свою очередь на меня. Я улыбнулась, и мне ответили тем же. Это правда, что от улыбки станет день светлей, он просто заискрился новыми красками.

Шла и любовалась природой, думая о том, что, похоже, нашла свою религию. У меня в жизни становится всё больше определённости. Наверное, но, возможно, это не точно. Я смотрела, как белоснежный кран вычерчивается на фоне дышащего безмятежностью лазурного неба. Солнышко пригревало очень хорошо, особенно одно из моих мягких мест попало под прицел и грелось, как на сковородке, благо не шипело и не скворчало, хотя ощущения были похожие. Пока шла, нагибалась за одуванчиками и, собирая пушистую головку в кулачок, рассеивала их, сдувая. Было легко, свободно, и самой летелось.

Заскочила в магазин за едой, но купила только клубнику и йогурты. Дома полезла купаться под ледяную водичку. Накрошила салатик. Правда, огурцы попались подмороженные, ну или это я их под морозилкой хранила.

На ужин были овощи с чипсами – очень вкусно и нравится. Общалась с работодателем заграничным,

Откровение 20

которая называла меня «госпожой». И почему меня это сразу не насторожило? Не еду я в Швейцарию, в общем, пока. Хотела сесть за письмо, но поставила в приоритет восьмичасовой сон.

Проснулась с тяжёлой головушкой. Радовалась, что это последний рабочий день. На завтрак съела кашу, запивая её шоколадным соусом и подбирая наряды в зелёно-фиолетовой гамме. Опоздала на автобус. На улице погода прелестная, поэтому ждать было комфортно. Ехала, томно смотря в окно. На работу зашла вместе с коллегой. Удалось перед пятиминуткой перехватить каши, чтоб не сосало под ложечкой. Делали материал, я бегала с перевязками, прививками, беседовала с психологом. Ушли на обед. Я предложила выйти на балкон и позагорать. Коллеженька поддержала. Она сидела на стуле, а я, скинув халат и оставшись в маечке и брюках, наслаждалась теплом, оперевшись на полуразрушенную стену беседки.

С коллегой о чём-то болтали и улыбались, щебетали воробьи, и качали головками одуваны. Я мечтала о том, чтоб выстроить свой интернат, с кучей персонала и садом, чтоб в такие тёплые деньки вывозить постояльцев на солнышко.

Снова кормёжка. Разговаривали о том, куда пойду работать с дипломом. Отвечала, что он для мамы, а сама хочу в психиатрию. От разговоров о ней пришла в возбуждение и отчего-то замёрзла.

Пошла измерять всеобщее давление. Недавно поступил мужчина сорока пяти лет, бывший спортсмен. Мне радостно его видеть. Почему-то на нём периодически барахлит тонометр. Бывает, что достаточно взгляда. Искрит.

Собиралась домой, мне сказали напутственных добрых слов и чтоб звонила, приятно. Попрощалась с проживающими, мне сказали, что после диплома надо сразу на врача поступать, что ж, приму к сведению.