Читаем Откровения полностью

Шли ультрамедленно, а судя по тому, что если мне не нравится, я пытаюсь сбежать, то тут дело обстояло кардинально иначе. Рассматривали листики, шишечки, цветочки. Я лезла на дорогу, чтоб посмотреть месяц, а меня тянули с неё за ремешок сумки. Внезапная собака зачем-то стояла на дороге и просто смотрела, долго и в никуда. Она стоит тут второй день и не двигается, меня это жутко напрягает. Смотрели входы и выходы ЗАГСа, я вот точно определилась, что выходить в ель, которая напротив, не хочу, и тут мне не нравится, забраковала, как забавно б это ни звучало, вход в институт брака. Любовались гирляндами, и я получила обещание, что если вернут фонтаны, то у меня будет самый свежий фотоотчёт с ними.

Вдруг человечек начал рассказывать, что на работе читает одну писательницу, которая каждый день рассказывает о чём-то, а я начала думать, кто же это и почему её ещё не знаю, но только после того, как человечек, увидев моё серьёзное личико, расхохотался и начал говорить про цветы ей, картинка у меня начала складываться (да, догадливость – это вообще не про меня).

Смотрели на паучка, я ползала под деревьями, а потом человечек вытаскивал веточки из моей шевелюры. Шли и шли, любовались небом, похожим на чешую и песочные волны, искали звёзды. Нежность, касания. Смеялись, подкалывали друг друга, чутка провоцировали. Я смотрела, а он смущался и не мог связать слова, мне было забавно. Говорили о детстве, школе и свечах каштана. Смеялись над фокусом, как достать из-за уха язык.

На заселение в центре города зашли мы как два человечка растрёпанных, в мешковатой одежде, с сумками наперевес – сразу видно, что люди солидные. От цен и роскоши я впала в ступор, очень хотелось подёргать человечка за рукав и многозначительно указать на дверь, но я остолбенела и только выпытывала у дамы на ресепшене, куда и зачем приехали футболисты и что им дома не сидится. Потребовался паспорт, который я в целях безопасности имею привычку оставлять дома. Выдали браслетики, серебристые, гладенькие, я решила забрать оба. Перед окончательным заселением решили пройтись к морю, где я трогала водичку. Хотела показать её тёплость человечку, но, пока дошла, успела её обтереть о себя же, и ему достались уже сухие мои ладошки. Я немного настойчиво дёргала его за прядку волос, а он прислушивался к ощущениям, да, у нас была своя атмосфера. Внезапно человечек проявил чудеса акробатики, встав на мостик через верх. Шли обратно, было много бродячих собак, они облаивали нетрезвого человека. Я поторопилась, на что меня убедили, что защитят, это, конечно, здорово, но торопиться от этого я не перестала. Малолетки лет шестнадцати, теперь для взрослой дамы они малолетки, смех, да и только, катались на самокатах и пили водку, было два часа ночи. Рассказывала о своей мечте, которая появилась у меня в декабре, и внезапно осознала, что она исполняется, не совсем так, но очень близко.

Вернулись, крайне долго искали номер. Вообще, оказалось, что понятия лево и право у нас различаются абсолютно. Я любовалась люстрами, ах, как они блестели и сияли! Домой бы такие, тогда б лежала под ними и умирала от восторга. Большущая комната. Я вышла на балкон. Столько лет ходя под ним, думала, что на нём могут быть только какие-то мажоры, и вот я сама оказалась там, странно-богатое чувство. Я нашла крохотные пробнички лимонных шампунек и мыльца-безе, от такого счастья мой внутренний еврей завил кудри ещё туже, но, проведя воспитательную беседу по формированию своих моральных представлений, я всего лишь покрутила эту чудесятину в руках и с огромным внутренним сопротивлением поставила на место. Что далее? М-м, читали книги, долго и упорно готовили, пока я, не закрыв на миллисекунду глаза, не открыла их через два часа, осознав, что человечек, утомившись, спит полностью одетый, да ещё и в халате для антуража поверх в кресле. Мне, опять же, стало весело. Я отправилась на пробуждение (потыкала его, он и очнулся). Посмеялись и приготовили завтрак, я очень старалась, и это оценили, но вроде не совсем по достоинству, надо уточнить этот момент.

Собрались и отправились в путь. Согласились, что идти как-то тяжеловато сегодня, поэтому плелись как сонные мушки. После кофеёчка человечек настолько взбодрился, что у него появился акцент батюшки, и оставшуюся дорогу он предлагал мне исповедаться. Билет куплен. Один. А нас двое. Я думала «до свидания», но услышала «прощай». Что ж, если это как в прошлый раз, то я согласна.