Читаем Отец моего жениха полностью

Из его уст эти простые слова звучат как самый большой комплимент, и я не могу не улыбаться. Только что чувствовала себя побитой мышью, а сейчас ощущаю кандидатом экономических наук и кладезем жизненной мудрости. Рядом с Сергеем шкала моей самооценки скачет как пятиклашки на батуте.

Мы выезжаем на большую дорогу в тишине, которую перебивает лишь глухое урчание двигателя, постепенно набирающего обороты. Я благодарна Сергею за то, что он не предпринимает попытки включить музыку, и за то, что скорость, с которой мы едем, не превышает отметку пятьдесят. Кажется, я могла бы провести в салоне его автомобиля вечность.

— Что произошло в университете? — с нажимом спрашивает Сергей и вновь переводит взгляд на меня. — О тебе распространяют слухи?

Можно, конечно, поиграть с супермэншу и поотнекиваться: дескать, да ерунда это все, не бери в голову и бла-бла-бла, но мне не хочется. Во-первых, потому что я устала мучиться одна, во-вторых, потому что не хочу сворачивать беседу, а в-третьих, потому что чувствую, что со стороны Сергея это не праздный интерес.

— Подружки Димы распускают обо мне сплетни…Будто я его долгое время обманывала, и за это он меня бросил, а теперь вешаюсь на него, пытаясь вернуть. Ну и возможно, что-то еще, о чем я не знаю, потому что одногруппники со мной практически перестали общаться.

Я замолкаю, а Сергей беглым взглядом оценивает мое лицо, после чего возвращает взгляд к лобовому стеклу и, нахмурившись, начинает постукивать по рулю пальцами.

— На самом деле, меня уже несильно эта ситуация беспокоит. Учебный год подошел к концу, а в следующем о ней забудут. Но, конечно, смешно… я думала, такое только в молодежных сериалах бывает.

— Ничего смешного в этой ситуации нет, Юль, — резко произносит Молотов, не прекращая следить на дорогой. — Я с этим разберусь.

Это нормально, что в этот момент я испытываю нечто, похожее на эйфорию? Эгоистично кайфую, когда слышу заветное «Я с этим разберусь»? Я всегда этим гордилась тем, что с восемнадцати лет решаю свои проблемы сама, но как, оказывается, приятно слышать, что кто-то готов о тебе позаботиться. Тем более, когда этот кто-то Сергей, который не считает причину моих переживаний пустяковой. Вон он как брови сдвинул. И ведь, правда, со всем разберется.

— А ты? Решил свою проблему с поставщиками?

В ответ на недоуменный взгляд Сергея, поясняю:

— Ты упоминал об этом в сообщении. Что едешь на встречу, чтобы закрыть вопрос с поставками.

— Хорошая у тебя память. Да, к счастью, закрыл.

Я помню каждое написанное и сказанное тобой слово. Хотя об этом вслух лучше не говорить.

— На лето ты обычно возвращаешься домой или остаешься в Москве? — продолжает беседу Сергей. — Скучаешь, наверное, по семье?

— Я планирую съездить в Рязань на неделю, а после снова вернусь в Москву. Конечно, скучаю по родным, но после четырех лет учебы здесь, наш городок кажется мне тесным. И я, кстати, нашла подработку на лето. Маркетологом в сотовой компании, которая не против дать шанс студентам. Получается, своеобразная стажировка.

— Без дела не сидела, значит, — замечает Сергей, и от меня не укрывается легкая улыбка, тронувшая уголки его губ.

— Без дела я бы свихнулась, — отвечаю честно.

Наверное, зря я это сказала, потому что в салоне вновь повисает молчание. Я судорожно начинаю перебирать темы для возобновления беседы, но на ум ничего путного не идет, кроме того, как спросить, ждет ли Сергея в Лондоне женщина. Наш мудрый препод по основам предпринимательской деятельности как-то сказал, что целесообразно задавать лишь те вопросы, на которые готов услышать ответы. А я, трезво оценивая свое настоящее состояние, понимаю, что нет. Сейчас я ответ услышать не готова.

Вдали показывается зеркальный фасад торгового центра, а это означает, что через каких-то пять минут мы прибудем к месту назначения. Ком отчаяния в груди начинает увеличиваться и давить на диафрагму, учащая дыхание и мешая сердцу работать правильно: оно снова начинает долбить как отбойный молоток. Мне безумно хочется замедлить время, чтобы отсрочить наше расставание, и я втайне надеюсь, что по дороге в мой двор Сергей пробьет шину, и у нас появятся лишних полчаса побыть вместе, перед тем как он уйдет из моей жизни, и на этот раз, не сомневаюсь, что насовсем. К сожалению, автомобиль огибает ТЦ, а нам по пути не попалось ни одной торчащей арматуры. Ох уж этот исполнительный Собянин.

— Девятиэтажка слева, — слова выходят из меня почти шепотом. Неуверенная, что Сергей меня услышал, и не найдя в себе силы, чтобы их повторить, тычу рукой в коричневую высотку.

Сергей выворачивает руль в нужную сторону, и автомобиль, шурша шинами, плавно въезжает в мой двор. Ни малейшего шанса проткнуть колесо — таджик Фируз каждое утро так старательно подметает асфальт, что по нему можно ходить в белых носках.

— Третий подъезд, — подсказываю я, опуская глаза в ладони. Пальцы дрожат и в носу щиплет. Соберись, черт бы тебя подрал, Живцова.