Читаем Отец полностью

При этом порой нужно ограничивать прыть воспитанника, потому как «требование» не всегда касается исключительно борьбы с ленью и «продавливания» своих решений. Иногда мы видим, как человек явно растет, неукоснительно и беспрекословно выполняя команды. Другими словами, у него есть будущее – но он может начать перерабатывать. Ему в таком случае говорят: не надо тебе изучать 10 действий сразу, вот тебе 2–3 максимум. На этом этапе тебе достаточно, а остальные технические вещи ты будешь добирать на сборах, со временем. Вот грядут соревнования, новые старты – чтобы там обыграть всех, тебе будет достаточно того, что у тебя уже есть. Выиграв турнир и получив деньги, а также право участвовать в следующих сборах, начнешь изучать другую технику. То есть закрепи то, что имеешь, и лишь затем приступай к освоению нового. Хитрость в том, что противники не будут знать, что ты добавил что-то свежее. Они в курсе того, что ты владеешь тремя приемами, а ты раз – и используешь четвертый. Подготовь его как следует, и это будет открытием турнира или даже сезона. Вот такие вещи приходилось требовать от людей. Результат обеспечивало следование правилу: сохраняя прежние качества, двигаемся к новым элементам.

С Хабибом всегда так же. К любому сопернику мы обычно готовим одну-две свежие вещи. Одну в стойке, другую в партере. Чего он не ждет от нас? Того, что еще не видел в нашем исполнении. Допустим, со стойки «вперед-назад» делать. Если у тебя в арсенале приемов есть два броска вперед, то подготовь хотя бы один назад. Потому что от переднего он будет постоянно защищаться ногой. А если его и туда и сюда «качнуть», то у тебя в три раза больше шансов одолеть противника. Поэтому тот прием, который мы со стойки внедрили, и сработал. Не левой ронять, а правой запустить кросс. Им-то Хабиб Конора и достал – правой сверху уронил противника. А всех четырех он до этого ронял левой. Вот он, элемент неожиданности, так это и работает.

Хабиб согласился отрабатывать тот прием – от него не нужно было этого требовать. Но случается всякое. Ведь бойцы бывают разными. Кто-то хочет заниматься – а кому-то лень лишний раз заглянуть в зал, если можно этого не делать. Кто-то талантлив и ему все дается легко – а кому-то нужно пробивать себе дорогу к спортивной славе по́том и кровью. Кто-то получил хорошее «наследство» – а кто-то приобретает навык годами, и сам это «наследство» оставит последующим поколениям. И к каждому требуется свой подход.

Действительно, есть приобретенные навыки – а есть наследственные качества человека. Я считаю сам и стараюсь объяснить всем, что приобретенные – более надежные, потому как они подкреплены практикой, они устойчивые и сильные, позволяют работать на пределе, и предел этот увеличивать. Поэтому пахать на развитие приобретенных навыков – задача каждого. Одного лишь таланта недостаточно. Человек знает свои возможности и возможности соперника – от тех и других он и «пляшет». А талантливые, но не усердные ребята пускают все на волю случая. Если у такого дело не пошло, как он хотел, сразу настроение падает, человек скисает. Свой максимум без внешнего влияния он уже не покажет. Тот отрезок времени, когда ты порхал в октагоне, быстро заканчивается. Если устал, надо идти «через не могу». А чтобы это было возможно, надо двигаться вперед с уже приобретенными качествами, с закрепленными навыками, с каждодневной работой за плечами. Именно она в при нехватке сил становится условием достижения цели. Таких бойцов, кто это понимает, у меня больше, чем любых других, потому что я приветствую такой формат работы, он мне близок, он дает результат. Не нравятся мои подходы? Никто насильно не держит.

Не помню, чтобы за свою тренерскую карьеру я позволял кому-то влезать в мою работу. Когда что-то подобное начиналось, сразу говорил родителям на ранней стадии конфликта: «Если вы сами все прекрасно знаете, заберите ребенка, отведите домой и учите там самостоятельно. Никто не против. Но если уж вы привели его ко мне, то будьте любезны не вмешиваться. Не я же привел к вам своего сына, верно? Это вы направили вашего ребенка ко мне. Так почему вы не учите дома, а ведете ко мне в зал? Или вы хотите просто показать сверстникам своего сына, что вы тоже чего-то стоите и соображаете в спорте?». Такие разговоры обычно ставят на место тех, кто считает себя вправе командовать в моем зале. Плюс, на первом же родительском собрании я пресекаю все попытки вмешательства в мою работу со стороны. Здесь, в зале, я диктатор, начальник, хозяин, самый умный, самый лучший. Как хотите, так и называйте, но свою работу я буду делать так, как посчитаю нужным. А вы идеальный отец, наставник, кормилец. Все это может быть именно так – но только в вашем доме.

Обычный диалог с родителем, который лезет с советом. Спрашиваю:

– У вас есть педагогическое образование?

– Нет.

– Вы работали тренером?

– Нет, но я занимался!