Читаем Отель «Китовый райк» полностью

– Я не думаю, Зина, – продолжил Алексей и вернул ее в реальность, выдернув из пучины мыслей и воспоминаний. Сейчас стало понятно, что он давно готовил этот разговор и просто ждал удобного момента, который, как ему показалось, случился. – Так вот, я не думаю, что Савелий Сергеевич Штольц, твой дед, хотел бы, чтоб ты жила только работой.

– Иди, Алексей, домой, тебя ждут Матильда, Александр Первый и Зинаида Вторая. Не трать время на душевные разговоры, если мне они понадобятся, я позвоню Моте и получу массу положительных эмоций. Тебе очень повезло с женой, лучшего эмпата наше агентство еще не видело, – Зина сказала это с улыбкой, но очень настойчиво, чтоб донести до коллеги, что она не намерена выслушивать его советы.

Алексей за пять лет неплохо изучил Зинку и спорить не стал, он как-то обреченно махнул рукой и вышел из аппаратной, словно понял, что проиграл в словесной дуэли.

Зина села на рабочее место Эндрю, заполненное различной техникой, и, положив ноги на стол, как она любила делать, пока никто не видит, глянула в тайное окно, выходящее в гостиную. Еще при планировке офиса под кодовым названием «Изба», придуманным из-за его формы, Зина запланировала это потайное окно. Со стороны аппаратной это было обычное окно с усиленными датчиками, чтобы все происходящее в гостиной было не только видно, но и слышно. Со стороны же гостиной висел современный телевизор, который невозможно было включить. Это не раз выручало при подборе новых Дилетантов или выборе очередной миссии, когда надо было понаблюдать за человеком со стороны.

За пять лет работы агентство действительно очень выросло от системы подбора команды непрофессионалов, которые смогут расследовать любое преступление, до сложнейших компьютерных программ, которые не только определяют Дилетантов, но и ищут их в социальных сетях по определенным алгоритмам, а также предлагает стратегию первых действий, что всегда было самым сложным.

Алексей немного лукавил, говоря, что это достижение Зины. Нет, конечно, это был успех всей команды агентства, которая состояла из самых первых Дилетантов. Тогда вместе с Зиной, как она сейчас уже понимала по липовому завещанию деда, они поехали во Владивосток – Алексей Кропоткин, блестящий логик, гениальный айтишник Эндрю Шишкин и лучший эмпат за всю историю агентства – Матильда, в девичестве Портнягина, а ныне Кропоткина.

Как же давно и в то же время недавно это было. Прошло пять лет, и столько событий произошло за это время, поменяв и Зину, и людей вокруг нее, но, с другой стороны, она почему-то по-прежнему чувствовала себя маленькой девочкой, скучающей по единственной родной душе – деду. Хотя, как выяснилось год назад, не родному по крови, но несмотря на это, все же единственно близкому. И потому ни обижаться, ни злиться она на него не могла. На самом деле Зина была рада тому, что он жив, и даже обида за то, что дед ее бросил, не могла перекрыть эту ее радость.

Углубившись в собственные мысли, которые она вот уже год не могла привести в порядок, Зина не сразу заметила движение в гостиной. Человек вошел и сел за стол, который стоял в центре комнаты, и хоть припозднившийся посетитель словно бы намеренно устроился спиной к телевизору, Зина узнала бы его из тысячи похожих спин, и сердце тут же учащенно застучало.

Мимоходом взглянув на себя в зеркало, она, стараясь унять сбившееся дыхание, направилась в гостиную, тут же начиная злиться на себя за такую реакцию. Зина не любила моменты, когда она теряла над собой контроль. Их было немного, но чаще всего в них присутствовал этот человек.

– Что ты здесь делаешь? – спросила Зинаида, чем, конечно же, сразу оголила перед посетителем свое волнение и за это разозлилась на себя еще больше.

– Привет! – ответил ей Тимур, улыбаясь самой очаровательной из своих улыбок, и она поняла, что он пьян. – Вот, проездом в Москве, и так захотелось тебя увидеть, прям до жути, аж чесотка началась. Но решиться никак не мог, поэтому пришлось даже напиться.

– Ну так почесался бы, и все, зачем было печень мучить, – возразила Зина как можно спокойнее.

– Вот вроде ты изменилась, и той наивной девушки, читающей стихи морю, уже нет, но я по-прежнему чувствую мурашки на коже, когда тебя вижу. Скажи, почему? – усмехнулся как-то безвольно Тимур, и Зина в душе даже завыла от бессилия.

«Что происходит, почему все так? – пронеслось у нее в голове. – Прошло уже три года, как мы расстались, а я по-прежнему вздрагиваю от его появления».

Вслух же она сказала совсем другое:

– Тимур, мы все с тобой решили, еще на Ольхоне. Вернее, ты решил, а я согласилась.

– Но ведь мы можем быть просто друзьями? – спросил Тимур и подошел к Зинке так близко, что она почувствовала его дыхание, и очень захотелось не сопротивляться, а поддаться порыву и поцеловать его, но в этот момент у Тимура зазвонил телефон, испортив всю магию момента.

– Это чушь, – припечатала она, стряхнув с себя наваждение. – Люди, однажды любившие друг друга, не могут быть друзьями.

– Почему? – отозвался Тимур, не вынимая из кармана телефон.