Читаем Отдел Химер полностью

— Спасибо, мам. Я сыта, — стараясь не сорваться на истерический смех, сказала я и пулей выскочила из квартиры.

Живущий двумя этажами ниже хулиган и обормот Колян сидел на лавочке и курил.

— Маечка, Маечка, что прячешь под маечкой? — загундосил он свою дурацкую шутку, которой изводил меня уже года два.

Нет, не к добру он это. Не к добру. Слава богу, хоть наевшаяся была, а то бы точно порвала идиота, аки собака бешеная. А так… Ну подумаешь, челюсть сломала. Придурку даже на пользу пошло. За две недели, пока сращивал ее в больнице, о жизни задумался. И пить стал меньше, потому как с медсестрой познакомился. Пути Господни неисповедимы, оказывается, блин. Аминь то бишь.

Решив, пока не соображу что к чему, отсидеться на даче, я неторопливо брела в сторону вокзала. Собственно, самой насущной проблемой оставалось где, собственно, жить. И на какие, извините, шиши это самое жилье снять. Мысли о финансах заставили меня круто изменить направление, и, всё ускоряя шаг, я понеслась к дому бывшего любимого. В конце концов, папаня его финансист? Финансист. Стало быть, денежки у него есть. Вот пускай и раскошеливается, толстосум проклятый.

Остановившись у коммерческого киоска, купила чулки и черную майку пятьдесят четвертого размера с металлистской символикой.

Как-то в разговоре милый прихвастнул, что папахен, мол, постоянно имеет дома не меньше пятидесяти штук налом. Так что, не особо задумываясь о таких вещах, как сигнализация, которую устанавливают на сейфы, и уж тем более об устройстве этих самых сейфов, я подбежала к элитному дому на набережной Москвы-реки и, одним махом перепрыгнув через забор, взвилась вверх.

Наверное, новичкам везет, так как, подлетев к окну, я еще раз попала в нужное время и в то самое место.

Собственно, папашу я ни разу не видела, но, судя по всему, не кем иным, кроме как хозяином, этот человек быть не мог. Одетый в парчовый халат поверх белоснежной рубашки с галстуком, он, сидя в кресле, курил сигару и смотрел новости. План мой был прост, как и всё гениальное. Чулок на голову я натянула загодя. А майка, на мне похожая, скорее, на балахон, полностью скрыла очертания фигуры. Встав на оконный отлив, я прикидывала, как половчее разбить окно и поэффектнее ворваться в комнату.

О том, что делать дальше, как-то и не задумывалась. Наверное, надеялась взять клиента на испуг. Хотя теперь кажется, что вряд ли бы это получилось. Говоря словами киношного мафиози: «Он скорее бы убил собственных детей, чем выпустил из рук деньги».

Не знаю уж, случайность это была или провидение… но хозяину вдруг зачем-то понадобилось открыть бронированного монстра, и я ломанулась сквозь стекло.

Пистолет сам собой прыгнул мужику в руки, и я почувствовала удар в грудь, отбросивший меня назад, к окну. Второй раз, правда, он выстрелить не успел, ибо я от души заехала ему кулаком в челюсть. Должно быть, полученная рана сыграла свою роль, так как в «нормальном состоянии» одним ударом я свободно убиваю взрослого мужчину.

Этот же просто вырубился, и мне осталось лишь по-быстрому взять то, что лежало прямо перед глазами. Не обманул милый, оказывается. Там было даже немного больше пятидесяти штук.

В запертую дверь кабинета уже кто-то ломился, и я, немного при этом порезавшись, выпрыгнула в ночь.

Успев на последнюю электричку, добралась до дачи и, стащив матрац — от греха подальше — в погреб, завалилась спать.

Опустившись на балкон, я прошла в комнату. За три часа моего отсутствия в квартире ничего не изменилось. На своих местах стоит мебель. Телевизор с проигрывателем DVD в углу. Небольшой бар. Вообще-то я не очень люблю алкоголь, да и, претерпев изменения, экспериментальным путем выяснила, что для достижения эффекта требуется как минимум тройная доза. Самое паскудное то, что наутро несчастный организм напрочь забывал об измененном метаболизме и издержки в виде похмелья воспринимал так, словно я была совершенно нормальной. Прикиньте, да? Выпив литр водки, я получала удовольствие, как от легкого коктейля. Зато наутро-о… Жуть, в общем. Мрак и ужас.

Сбрасывая на ходу одежду, прошла в спальню. Никаких изысков вроде обитых шелком лакированных гробов и мумий летучих мышей по углам не имею. Из «предметов роскоши» — лишь стальной лист толщиной пять миллиметров, которым наглухо заварено окно, да и тот я стыдливо задрапировала шторами. Дверцу в свой будуар тоже оборудовала крепким железом. От греха подальше. Существовало еще одно украшение, достойное алькова прекрасной дамы, но о нем как-нибудь после.

Раздевшись догола, включила комп, стоявший в спальне, и, ожидая, пока загружается «Винда», поставила кипятиться воду для кофе. Скоро утро, и, как всегда с наступлением рассвета, меня неодолимо потянет ко сну. А мне хотелось порыться в Сети. Все эти месяцы я очень осторожно лазила по разным чатам, пытаясь найти кого-нибудь из мне подобных. Зачем это делаю, сама не знаю. Видимо, подсознание играет в свои жестокие игры, внушая невеселые мысли о «тяжести одиночества».