Читаем От винта полностью

Башлачев Александр

От винта

А. Башлачев

Рука на плече. Печать на крыле. В казарме проблем Банный день -- промокла тетрадь. Я знаю, зачем Иду по Земле -Мне будет легко Улетать.

Без трех минут бал восковых фигур, Без четверти смерть. С семи драных шкур -Да хоть шерсти клок. Но как хочется жить -Не меньше, чем спеть. Свяжи мою нить В узелок.

Холодный апрель. Горячие сны. И вирусы новых нот В крови. И каждая цель Ближайшей войны Смеется и ждет -Ждет любви.

Наш лечащий врач Согреет солнечный шприц, И иглы лучей опять Найдут нашу кровь. Не надо, не плачь, Не плачь, лежи и смотри, Как горлом идет Любовь.

Лови ее ртом, Стаканы тесны. Торпедный аккорд [Говна] V [До дна]. Рекламный плакат Последней весны Качает квадрат Окна.

Дырявый висок. [... моя орда] Пойми: никогда Не поздно снимать броню. Целуя кусок Трофейного льда, Я молча пришел К огню.

И мы -- выродки крыс, Да, мы -- пасынки птиц, И каждый на треть -Патрон. Лежи и смотри, Как ядерный принц Несет свою плеть На трон.

Но-но, не плачь, не жалей -Кого нам жалеть? Ведь ты, как и я, [былой] сирота. Ну что ты, смелей! Нам нужно лететь. А ну от винта, Всех от винта! Ну что ты, смелей! Нам нужно лететь. А ну от винта, Всех, всех от винта! Ну что ты? Смелей!..

Похожие книги

Черта горизонта
Черта горизонта

Страстная, поистине исповедальная искренность, трепетное внутреннее напряжение и вместе с тем предельно четкая, отточенная стиховая огранка отличают лирику русской советской поэтессы Марии Петровых (1908–1979).Высоким мастерством отмечены ее переводы. Круг переведенных ею авторов чрезвычайно широк. Особые, крепкие узы связывали Марию Петровых с Арменией, с армянскими поэтами. Она — первый лауреат премии имени Егише Чаренца, заслуженный деятель культуры Армянской ССР.В сборник вошли оригинальные стихи поэтессы, ее переводы из армянской поэзии, воспоминания армянских и русских поэтов и критиков о ней. Большая часть этих материалов публикуется впервые.На обложке — портрет М. Петровых кисти М. Сарьяна.

Мария Сергеевна Петровых , Владимир Григорьевич Адмони , Эмилия Борисовна Александрова , Иоаннес Мкртичевич Иоаннисян , Амо Сагиян , Сильва Капутикян

Биографии и Мемуары / Поэзия / Стихи и поэзия / Документальное
Опиум
Опиум

Три года в тюрьме ничто по сравнению с тем, через что мне пришлось пройти.    Ничто по сравнению с болью, которую испытывал, смотря в навсегда погасшие глаза моего сына.    В тот день я понял, что больше никогда не буду прежним. Не смогу, зная, что убийца Эйдана ходит по земле.    Что эта мразь дышит и смеет посягать на то, что принадлежит мне.    Убить его? Этот ублюдок не дождется от меня столь человечного поступка.    Но я с радостью отниму у него все, чем он обладает. То, что он любит больше всего. Я сотру в порoшок все, что Брауну дорого, пока он не начнет умолять меня о смерти.    Ради сына я оставил клан, который воспитал меня после смерти родителей. Но мне придется вернуться к «семье» и заключить сделку с Дьяволом.    В плане моей личной Вендетты не может быть слабых мест...    Но я ошибся. Как и Дженна.    Тайлер(с)      Время…говорят, что оно лечит, но со мной этого не произошло.    Время уничтожило меня.    Год за годом, месяц за месяцем я умирала.    Хотя половина меня, лучшая часть меня, погибла в тот вечер вместе с сестрой.    Оставшись без крыши над головой, я убежала в Вегас. В город грехов, где можно забыть о своих, спрятаться в толпе таких же прожигателей жизни...    Тайлер мог бы стать тем, кто вернет меня к жизни. Но я ошиблась.    Мы потеряли голову, пока судьба не поменяла карты.    Я стала его главной мишенью, препятствием, которое нужно уничтожить ради своего плана.    И мне страшно. Но страх, это единственное чувство, которое позволят мне чувствовать себя живой. Пока...живой.    Джелена (с)

Максанс Фермин , Аркадий Славоросов , Евгения Т. , Евгений Осипович Венский , Ева Грей

Любовные романы / Эротическая литература / Поэзия / Малые литературные формы прозы: рассказы, эссе, новеллы, феерия / Самиздат, сетевая литература