Читаем ОТ ПЕЧАЛИ ДО РАДОСТИ полностью

Однако, зная справедливый нрав брата, не сказала, что его украли, так как это считалось большим грехом. Объяснила, что взяла сироту, которого везли в детский дом. Николка, действительно, оказался очень похожим на убитого сына Богдана, и он посчитал это Божьим подарком, принял, как родного. Богдан давно стремился к оседлой жизни, особенно после 1933 года, когда репрессии на цыган были особенно жестокими. Он понимал, что после войны опять их станут гонять, выселять, сажать в тюрьмы. Он видел, что многие обычаи уходят в прошлое, не позволяя цыганам пользоваться современными удобствами жизни, делая их ущербными.Но старые цыгане не поддерживали такие мысли и высказывания Богдана, настаивали на цыганском суде, чтобы переизбрать его.

Однако были и такие, которые с ним были полностью согласны. Собрали цыганский суд, табор разделился, кто решил кончить кочевую жизнь, остались с Богданом, остальные ушли.

Табор после войны осел в совхозном поселке, недалеко от небольшого городка. Богдан договорился с местной властью и всех, кто захотел работать, взяли на работу. Цыгане жили обособленно от других жителей, однако,

потихонечку обзаводились собственными домами. Богдан остался вожаком табора. Цыгане привыкали к новой жизни, узнавали новое счастье.

Но настоящее цыганское счастье – это быть ребенком в таборе. Тебе – самое вкусненькое, ты всегда с мамой, тебя все любят, целуют, дарят подарки, балуют и нежат. Так было и с Николкой.Только теперь его звали Никас, по-русски, Колькой, как было записано в новом свидетельстве о рождении Никас Богданович Ромалов. Нана была старшей в семье, ей было 15 лет, она стала и нянькой и мамкой для Кольки, а Михель, Мишка, стал надежным другом на всю жизнь.

Богдан детей не выделял, не баловал, но и не был с ними суров. Сам стал работать конюхом в конюшне, лошадей любил и знал, как любой цыган. Совхоз после войны занимался развитием племенного коневодства, которое во время войны понесло большой ущерб. Семья Богдана оказалась дружной, Кольке оказали столько внимания и любви, что он и забыл, что случилось с ним в детстве.

Лишь иногда какие-то неясные воспоминания мелькали у него в голове, объяснить которые он не мог. Однако он считал себя настоящим кровным цыганом. Никто и никогда не напоминал ему, как он появился в таборе.

Никас вырос, окончил школу, пошел в армию, а там вдруг взял и поступил в летное училище, сам того не подозревая, продолжил родную династию.

Глава 21. Правда суда не боится.

Настала весна 45 года, а с ней пришла и победа. Мужики стали возвращаться в село. Каждый двор кого—то не дождался, а то двоих и троих. Много жизней унесла война, еще больше принесла всяких разрушений от зданий до жизней. Антон и Эльза Карловна вернулись в Москву. Наталья продолжала работать в клинике.

Антон оканчивал школу и стремился учиться дальше. В середине лета в Москву вернулся с фронта Семен. Он дослужился до звания генерала ВВС. Он разыскивал свою жену и пропавшего сына.

Зашел к Василию и Варваре, чтобы встретиться с дочкой и забрать ее к себе. Галинка безмерно обрадовалась отцу, стала просить забрать ее с собой, что Семен намеревался сделать. Однако, Варвара, а затем и Василий стали отговаривать его.

–Ну куда ты ее возьмешь, ей учиться надо, а ты по гарнизонам будешь ее таскать, а кто присматривать будет, когда ты на службе. Вот вернется Надежда, пожалуйста, забирай.

Галинка с трепетом ждала решения отца. Если бы она могла рассказать ему как ей здесь живется. Но ей никак не удавалось остаться наедине, да и отца жалко было, вдруг ему трудно будет с ней в гарнизоне. Хотя она готова была все делать по дому и хорошо учиться, здесь же она справляется. Но Семен вынужден был согласиться с братом и его женой. Служба у него трудная, тем более он едет командовать целой воинской летной частью. Он попрощался, попросил Галинку дождаться маму и тогда они будут все вместе. Галинка стала ждать.

А жизнь в доме дяди у нее складывалась нелегкая. Варвара, смирившись с гибелью сына, не перенесла свои материнские чувства на Галинку. Она постепенно, по мере взросления, все больше превращалась в домработницу.

С малых лет в ее обязанность входило мытье посуды, уборка, мытье полов, а потом и стирка и готовка. Варвара только указывала, что не так, полы надо мыть до блеска, посуду до хруста, белье стирать до белизны. Галина должна была и в учебе быть одной из первых.

Не дай бог, четверка в четверти, а полученная за урок тройка наказывалась жестко. Гулять с подружками нельзя, они научат плохому, да и некогда, когда в доме дел полно. Особое внимание уделялосьвоспитанию, надо было запомнить как вести себя столом, когда приходят гости. Ни в коем случае нельзя выбегать с едой на улицу.

Поэтому, когда другие дети выбегали во двор с большим ломтем серого хлеба, намазанного маргарином и посыпанного песком, Галинка с завистью смотрела, как уплетается это необыкновенное лакомство.