Читаем ОТ ПЕЧАЛИ ДО РАДОСТИ полностью

С этим было строго, провинившийся заградотрядовец, не застреливший бежавшего с поля боя, мог сам попасть в штрафной отряд или получить «вышку». Алексей дрался с остервенением. К тому времени ему уже было чуть за сорок и его иначе, как «дедушка» в роте не называли. Он не обижался. Несмотря на все тяготы службы, здесь было не то, что в лагере, здесь он опять почувствовал себя человеком. Но судьба, как бы издеваясь над ним, опять испытывала его на прочность и послала новое испытание.

Продержавшись в штрафбате несколько месяцев, ведя небольшие бои и продвигаясь понемногу вперед, их часть вышла на передовые рубежи и пошла в наступление. Готовился серьезный, тяжелый бой. Сидя в окопе, Алексей, задумался. Вспоминал дом, своих стариков, жену, сына. Он думал, что этот бой будет решающим, срок его службы здесь давно истек, наконец, его смогут перевести в линейные части, а там и свобода.

Начался бой. Немцы в лоб открыли огонь из всех видов оружия, с неба их атаковали самолеты, земля заходила ходуном, а тут в атаку пошли танки. Сидевшие в окопах штрафники были смяты в течение первого часа, а за ним и последующие.

Алексей, отстреливавшийся до последнего патрона, вдруг увидел, как прямо на него ползет танк, нависая всем корпусом над его окопом, он бросил гранату и потерял сознание. Очнулся от удара в грудь сапогом, засыпанный наполовину землей, он увидел смотревшего на него немца.

–Рус, жив, бистро, бистро. Schneller! Schneller! Встать!

В голове у Алексея шумело и трещало, он ничего кроме шума не слышал, но понял, что надо подчиниться и идти за немцем.

Еле поднявшись, качаясь от головокружения, ничего не соображая, встал в колонну таких же испуганных и раненных военнопленных.

Эту высоту отбили через несколько дней. Во время боя,пленные, расправились со своими охранниками и перешли на сторону наших. Почти все они погибли, но Алексей выжил и после боя, сразу явился к первому командиру. Тот, выслушав его, направил к особисту.

Шел 44 год, к тому времени      создалось особое мнение о тех, кто побывал в плену у немцев, не принималось во внимание никаких уважительных причин, даже нескольких дней      плена. Появилась      масса новых заключенных, бывших военнопленных, так называемых изменников родины, дезертиров. Капитан НКВД, выслушав его, сразу же      взял его в оборот:

–Контузило, говоришь? попал в плен, не помнишь, как? Расскажи лучше, как ты сам к ним перешел, а как увидел, что те драпают, решил назад переметнулся с немецким автоматом, потому и жив остался. Чего немецкую винтовку не бросил, просчитался?

–Некогда было нашу подбирать, а виноват тем, что меня не убило, что живой остался, ну расстреляйте меня за это, в конце концов.

–Расстреляем, расстреляем, но по закону, не спеши.

Капитан приказал взять Алексея под стражу, составил свое заключение и отправил в военный трибунал. Алексею дали второй срок за дезертирство и отправили в лагерь.

Его опять посадили в товарный вагон и повезли назад, в тыл. Он опять превратился в животное, которым можно распоряжаться. Контузия мучила его, Голову распирало, временами пропадал слух. Он ехал и думал:

–Что же он сделал, что судьба так безжалостна к нему. Чем прогневил Господа? Почему дал такой непосильный крест? Зачем испытывает его?» И сам себе отвечал: «Много грешил, многих обижал, нет ему прощения».

Теперь он все чаще и чаще будет обращаться к Богу. Он переосмыслит всю свою жизнь и научится смирению. В этот раз его отправили на зону – поселение, где разрешили переписку и свидание с родными. Он будет долго сомневаться, прежде чем написать письмо Марфе, в котором без всякой на то надежды попросит прощение за совершенные поступки, ничего не прося взамен. А та в свою очередь, прочитав письмо, написанное его рукой, не узнает в нем Алексея, человека с которым прожила много лет и запомнила совершенно другим.

Марфа собрала посылку и написала ответ, кратко известив его о своей жизни, о смерти отца, о сыне, который пришел с войны, и вместе с женой и дочкой находится по месту воинской службы. Алексей вместе с письмом понял, что ему есть куда возвращаться и как будто не второе, а десятое дыхание открылось у него, окрыляя его надеждой на будущее.

Он не досидит до окончания срока всего два месяца, выйдет по амнистии в 1953 году совсем другим человеком, глубоко верующим, который понес наказание, но выжил, благодаря Господу, и избавился от жестокости и злобы, которая управляла им раньше.

Глава 14. Каков ты есть – такова и честь.

Война внесла коррективы и в жизнь Братьев Ворониных, Василия и Семена.

Василия оставили в тылу, руководить оборонной промышленностью. Сын Сергей окончил политехнический институт и работал в ЦК ВЛКСМ. В начале войны он записался добровольцем в Народное ополчение.

В 1941 году царила атмосфера всеобщего подъема и непреклонной уверенности в том, что враг будет в кратчайший срок разгромлен на его же территории. Молодые люди, студенты добровольцами рвались на фронт, боясь, что война закончится без них, стремились ответить «тройным ударом на удар врага».