– Ты уверен, что это был Джулиан? – спросил Натаниэль, дотронувшись до головы Мики, и встретился взглядом с Люком. Когда Люк кивнул, Натаниэль выпрямился и встал в полный рост. – Где это случилось?

– Не знаю, – ответил Дэниэл.

Майкл успел забыть о нем. Повернувшись, он увидел, что детектив обхватил голову окровавленными руками.

Не успел Натаниэль задать следующий вопрос, как в комнату вернулась Сэнди.

– Натаниэль?

Тот резко обернулся, тотчас распознав у нее в голосе панические ноты.

– Только не это, – сказал он.

Сэнди казалась потрясенной и напуганной. Ее волосы растрепались, пальцы подрагивали.

– Я пошла к Лили в комнату, – начала она, переводя тревожный взгляд с Натаниэля на Мику и обратно, – но ее там не оказалось.

Люк застыл.

У Майкла внутри все сжалось. Он повернулся к Натаниэлю, надеясь, что его подозрения неверны.

– Она бы так не поступила, – пробормотал он, глядя на Мику. – Нет, ни за что.

Натаниэль встретился с ним глазами.

– Как раз поступила бы. Лили отправилась к Джулиану.

Глава двадцать седьмая

Лили неслась под ливнем, скользя по мокрым крышам и уступам. Перед глазами у нее стояло растерзанное тело Мики.

«Давай я просто разберусь с Микой?» Нет. Нет. Нет.

Может, он поступил так ради нее? Боже, как же ей было плохо.

Неважно, что она подозревала Мику, он все равно такого не заслуживал. Такого не заслуживал никто.

Оступившись, Лили упала и полетела под откос крыши старой фабрики, но в последний момент успела затормозить. Она подтянулась на руках и прислонилась к козырьку, мысленно наблюдая, как рушится ее мир.

Только не Джулиан. Он не мог этого сделать. Зачем ему кромсать нефилима на куски? Лили поделилась с ним своими подозрениями, и он предложил ей сам со всем разобраться. Чего еще можно было ожидать? Нет! Она ведь отдала ему… все. Даже свое сердце. Боже, она ведь влюбилась в него! И только теперь поняла это? Только теперь?

Это просто не могло быть правдой, но все-таки было. Люк все видел своими глазами, а он бы не солгал ей, какую бы сильную ненависть не испытывал к Джулиану.

Лили прижала кулак к губам, сдерживая крик.

Она защищала его, вмешалась, когда Мика хотел его серьезно ранить или даже убить, и… любила его. Вспомнила, как Джулиан свесил Мику с крыши. Вспомнила, как его прекрасное лицо исказилось в отвратительной гримасе, когда Мика попытался вогнать кинжал ему в грудь. И что она сделала? Схватила кинжал и отбросила его в сторону.

Открыв глаза, девушка обратила лицо к темному небу. Капли дождя струились у нее по щекам.

«Почему ты не такой, как все?»

«С чего ты так решила?»

Но тут его гримаса сменилась нежным взглядом. Он так ласково прикасался и обнимал ее, так нежно занимался с ней любовью и так неспешно погружал ее в свой мир… Влюбляя в себя.

Оттолкнувшись от козырька, она приземлилась на крыше соседнего здания. Небо разрезала молния, прогрохотал гром, его эхо отразилось от стальной кровли. Гроза не шла ни в какое сравнение с той бурей, которая бушевала внутри у Лили.

Через несколько минут она уже спрыгнула на балкон собственной квартиры – в спешке убежав из Святилища, даже не взяла с собой ключи. Дождавшись очередного раската грома, швырнула белый стул в дверь из армированного стекла, и та разлетелась на десяток крупных осколков. Лили сунула руку внутрь и повернула ручку, не обращая внимания на то, что один из осколков рассек ей кожу на запястье. Она даже не поморщилась. На самом деле почти обрадовалась боли, которая обожгла ее, пробившись сквозь болезненный туман другого рода.

Лили вошла в квартиру. Мокрая майка прилипла к коже, волосы повисли влажными прядями. При каждом шаге на полу оставались лужицы воды и крови. Дверь на балкон осталась раскрытой нараспашку.

Всего пару мгновений спустя Лили почувствовала знакомое покалывание. Стоя спиной к двери, она закрыла глаза, борясь с волной тоски и гнева.

– Лили?

Ее плечи напряглись при звуке его глубокого голоса.

– Что случилось? Я… почувствовал, что что-то не так. Ты ранена.

Лили порывисто вздохнула. Скрепя сердце повернулась к Джулиану лицом. Рубашка облегала его торс, повторяя рельеф мускулов. С густых ресниц падали капли дождя, глаза его ярко блестели.

Разве столь прекрасный человек мог быть таким чудовищем?

И снова Лили представила истерзанное тело Мики. Вспомнила, как посмотрел на нее Люк. Услышала предостережения Натаниэля. «Он Падший. Не забывай об этом».

– Джулиан… – В одном-единственном слове отразилась вся ее боль, все глубочайшее сожаление о содеянном.

Джулиан заметил осколки.

– Лили, что случилось? Ты в порядке?

– Ты знаешь, что случилось, – она подняла руку. – Не подходи ко мне.

Что-то промелькнуло в его непроницаемом взгляде.

– Лили?

Она опустила голову. Ее грудь поднималась и опадала при каждом болезненном вдохе, руки сами сжимались в кулаки.

– Как ты мог так с ним поступить?

– О чем ты говоришь?

– Не лги мне! – воскликнула Лили. Боль и злость так и рвались наружу. Она шагнула ближе к нему. – Как ты мог так поступить? Я ведь тебе доверяла!

Джулиан поднял руку.

– Лили, остановись на секунду. Объясни мне, что я сделал?