– У меня никогда не было друзей за стенами Святилища. – Девушка протянула руку, и Майкл вложил в нее кинжал. – Все мои знакомые живут здесь… Или жили. – Она чуть повернула запястье, показывая, как правильно держать клинок. – Тебе будет нелегко поддерживать дружбу.

Боясь своим ответом заставить Лили опять закрыться или спровоцировать ее на оскорбление, Майкл промолчал. Девушка вернула ему кинжал, и на этот раз парень взял его правильно.

– Приспешники – те еще ловкачи. Стоит им заметить рядом с тобой человека, как они используют его против тебя. Люди, которые работают здесь, серьезно рискуют. Полагаю, их держат только деньги – ну и налет таинственности. – Лили пожала плечами. – Приспешники не могут сюда войти, а точнее, не могут даже подобраться к Святилищу. Половина тоннелей под Федеральным треугольником освящена и благословлена – это дополнительная защита для посещающих Святилище людей. Приспешники не переносят святую землю и все, что с ней связано.

Майкл не знал об этом, но меры предосторожности показались вполне разумными. К тому же ему захотелось рассмеяться – все это выглядело до ужаса предсказуемым.

– В общем, с друзьями нужно соблюдать осторожность – иначе они могут погибнуть у тебя на глазах.

Майкл шокированно посмотрел на нее. Просто прекрасно. Он обрушил еще один удар на манекен. Теперь он держал кинжал правильно, и рана получилась более опасной. Кто бы мог подумать!

– Ты сказала, что меня не заставят оставаться здесь. Где я буду жить?

– Начнешь охотиться, как только мы поймем, что ты уже не являешься обузой. Сначала в парах или в группах. Затем сможешь решить, хочешь остаться здесь или рисковать в одиночку.

– Как ты.

Лили пожала плечами.

– Знаешь… я проверила твою биографию.

Майкл нахмурил брови.

– Зачем?

– Я вечно сую нос не в свое дело, – призналась Лили. – Но не нашла в твоем прошлом ничего примечательного.

– Что ж, это радует. – Майкл немного помолчал. – Так ты шпионила?

– Ага. – Лили, похоже, это совершенно не волновало.

– И что же ты нашла?

– Твоя мама была верующей христианкой, которая учила детей-инвалидов. По средам и воскресеньям вы ходили в церковь. Она преподавала в воскресной школе.

Майкл замер. Сказать было нечего.

Лили как ни в чем не бывало продолжила:

– После ее смерти тебя отправили в приют. Ты смог добиться успехов в спорте. Играл в футбол и баскетбол, но в футбол лучше. Встречался с королевой выпускного вечера. Все как у всех, не правда ли?

– Ага, – кивнул Майкл. Ему было не по себе, оттого что кто-то разбирал по косточкам его жизнь.

– Ты поступил в колледж и получил степень бакалавра в сфере финансов. Скука. Потом получил степень магистра. Еще скучнее. Работал в какой-то компании, которая платила тебе кучу денег. Затем на тебя снизошло озарение, ты решил изменить свою жизнь и стать полицейским.

– Знаешь, это пугает.

Лили подмигнула ему.

– О чем я забыла? Ах да! В колледже тебе сделали выговор за драку. Твой пьяный в стельку друг решил в одиночку сразиться с целым баром. В этот момент вас и застукали. Трезветь противно, да? Кстати, нефилимы не пьянеют.

Майкл удивленно моргнул.

– Что ж, это многое объясняет.

– Есть, правда, одна травка, которая заменяет собой десять стопок текилы, но ее днем с огнем не сыщешь, – продолжила Лили. – Ты никогда не был помолвлен. В колледже чуть не сделал предложение симпатичной блондиночке, но она переспала с твоим соседом по комнате.

Майкл уронил кинжал.

– Черт возьми, а это ты откуда знаешь?

Лили ослепительно улыбнулась ему.

– Я все знаю – я всемогуща.

С секунду Майкл молча смотрел на нее.

– Может, всеведуща?

– Без разницы. – Улыбка не исчезла с ее губ.

Покачав головой, Майкл поднял клинок.

– Расскажешь что-нибудь еще о моей жизни? Еще немного попугаешь меня?

Лили взглянула ему прямо в глаза и спокойно, как будто говорила о чем-то обыденном, сказала:

– Твоя мама не покончила с собой.

Глава двадцать третья

Казалось, все остановилось, даже сердце Майкла. Он ошарашенно смотрел на Лили.

– Что ты сказала?

– Твоя мама не покончила с собой, – повторила она. – У нее на руках остались раны, которые доказывают, что она сопротивлялась.

Мысли спутались в голове у Майкла. Всю свою жизнь он отрицал то, что твердили ему остальные, и не верил в самоубийство матери. То, что он помнил о ней, никак не могло быть связано с бездыханным телом, что он нашел на полу в ванной. Это была не его мама.

Только когда он стал полицейским и столкнувшись не с одним самоубийством, Майкл был вынужден проглотить свою гордость. Люди совершали безумные поступки, и никто не мог объяснить их мотивы. Ответы не всегда лежали на поверхности, порой проблемы людей были запрятаны так глубоко, что невозможно было их обнаружить или догадаться. И вот Лили стоит перед ним и говорит, что его мама никогда не совершала этого. Что ее убили.

Он никак не мог собраться с мыслями.

Шагнув вперед, Майкл взял Лили за руку, не обращая внимания на раздражение, промелькнувшее у нее в глазах.

– Кто убил мою маму?

Лили встретилась с ним взглядом.

– Я не знаю.