Читаем Освобожденная полностью

Джулиан бесшумно, как призрак, вышел из тени. Только что Лили пребывала одна и составляла список вещей, в которых ошибалась, а теперь уже утопала в объятиях Джулиана и добавляла в свой список очередной пункт.

Он ничего ей не сказал. Ни слова. Просто заявил о своих правах на нее. Притянув к своей мускулистой груди, впился поцелуем в ее губы. И – черт! – ей это так нравилось. Понравилось, как он обнял ее, как тело растаяло в его объятиях и как внутри все застонало от боли.

Джулиан отстранился, но его руки остались у нее на талии.

– Ты даришь мне райское наслаждение. Уж я-то знаю.

Лили закатила глаза, изо всех сил стараясь сдержать улыбку.

– Ты весь день продумывал эту фразу?

– Может быть, – невозмутимо пробормотал Джулиан и слегка коснулся губами кончика ее носа. – О чем ты думала?

Лили наморщила лоб.

– Когда именно?

Несколько секунд назад она думала о том, как приятно быть рядом с ним, но уж точно не собиралась в этом признаваться.

– Прежде чем почувствовала мое присутствие.

Лили положила ладони ему на грудь, то ли давая сигнал сохранять дистанцию, то ли пытаясь успокоиться.

– Ты опять за мной следил?

– Само собой, – как ни в чем не бывало признал Джулиан. Похоже, он не видел в этом ничего плохого.

Лили отошла от него на пару шагов. Сегодня на нем была простая белая рубашка, обтягивающая его мускулатуру, и синие джинсы. Впрочем, он выглядел восхитительно даже в такой обычной одежде. Лили переоделась в защитного цвета штаны и легкую майку. В сравнении с Джулианом она казалась ничем не примечательной.

– Знаешь, это называется преследованием и запрещено законом в большинстве штатов.

– Убийство людей, будь они одержимы или нет, запрещено законом во всех штатах, – спокойно парировал Джулиан. – И это не вдаваясь в подробности.

Лили нахмурилась. В его словах имелась логика.

– Я просто размышляла.

Джулиан наклонил голову набок. Глубокая синева его глаз казалась неестественно яркой.

– Тебе грустно?

Смотря вдаль, Лили провела рукой по волосам.

– Почему ты так решил?

Джулиан сделал шаг вперед и, коснувшись ее висков самыми кончиками пальцев, развернул девушку к себе лицом.

– Я чувствую, как напряжено твое тело.

Лили стало не по себе от его слов.

– И под «чувствую» ты понимаешь свою исключительную наблюдательность, да?

Джулиан лишь улыбнулся.

– Так что тебя тревожит?

Его рука скользнула ниже, Лили на шею. Он провел подушечками пальцев по ее напряженным мышцам, и Лили ощутила истинное блаженство. Плавные движения расслабили ее, она закрыла глаза. Ей и правда пора было обратиться к массажисту или добиться, чтобы Джулиан чаще разминал ей плечи.

– Тебе ведь нравится? – почти шепотом спросил он.

– М-м-м, – простонала в ответ Лили.

Джулиан легко коснулся поцелуем ее лба.

– Расскажи мне, что тебя тревожит.

– Меня сегодня кое о чем спросили… – «Боже, как меня легко расколоть!» – Меня спросили, почему я выбрала жизнь охотника, а не жизнь, в которой имелась хотя бы иллюзия нормальности.

– И это встревожило тебя?

Пока Джулиан не прекращал волшебные движения своих пальцев, Лили готова была отвечать на все его вопросы. Надо ли переживать из-за этого? Да. И все же это являлось истинной правдой.

– Да. Я почувствовала себя ненормальной и подумала: а может, мне и правда стоило стать проводником или вообще отойти от дел? Мне показалось, со мной что-то не так, раз я не стремлюсь найти себе мужа и поселиться в доме с палисадником.

Пальцы Джулиана замерли.

– А ты этого хочешь?

Волшебство мгновенно рассеялось. Лили открыла глаза и встретилась с его невероятно пытливым взглядом.

– Нет. – Девушка заставила себя усмехнуться. – Это не для меня, – добавила она и снова постаралась отодвинуться от него подальше.

Джулиан, казалось, ей не поверил.

– Лили.

Девушка усмехнулась.

– Джулиан, я не из таких. Никогда такой не была.

– Из каких еще «таких»? Разве не все в конечном счете хотят именно этого? Почему бы тебе не желать большего, чем служба в Святилище?

– Но что еще я могу получить? – собственный вопрос рассмешил Лили. – Не считая того, что в ближайшее время точно не собираюсь умирать и, скорее всего, переживу всех в этом городе, у меня столько денег, что стыдно признаться. Я люблю свою работу. Сколько людей могут такое сказать?

– Сколько людей хочет жить вечно, имея лишь работу? – спокойно возразил Джулиан. – И разве это работа? Разве это не служба? Не долг?

– Это обязательство во имя высшего блага!

– Терпеть не могу, когда ты начинаешь рассуждать о высшем благе. – Губы Джулиана изогнулись в улыбке. – Лили, твоя высшая цель заключается в том, чтобы убивать без разбора. Тебе сказали, что на свете существует зло, которое принимает определенные формы, и велели не ставить это под сомнение и верить, что у всего есть свое божественное предназначение.

Все мышцы Лили напряглись, и чудесное ощущение расслабленности, пришедшее всего несколько минут назад, как ветром сдуло.

– Во-первых, я никого не убиваю без разбора. Во-вторых, те формы, которые мне показали, действительно представляют собой зло во плоти!