Девушка напряглась, почувствовав его за спиной, и тело тотчас ожило, отвечая на какие-то неведомые призывы, не поддающиеся логическому объяснению. Соски вмиг затвердели под шелковой тканью, внизу живота стало жарко.

– Почему? – спросила она тоже шепотом.

Наклонившись к Лили, Джулиан нежно перекинул ее влажные волосы через плечо. Его дыхание щекотало волоски на затылке, посылая по всему телу волнами дрожь.

– Для меня все изменилось.

Лили рванулась в сторону, и между ними образовалось расстояние. Но лишь на секунду – не успела она и глазом моргнуть, как он снова стоял у нее за спиной. Девушка отчаянно боролась сама с собой. Сопротивляйся ему! Замри! Вели ему уходить! Молчи!

Ангел наклонил голову и коснулся губами шеи.

– И не в причине дело. А в том, когда это случилось…

– О… – только и вымолвила она, не в состоянии придумать достойный ответ.

Джулиан, едва касаясь, водил губами по ее коже.

– Восемь лет назад, если быть точным.

Лили и сама догадалась, что означает эта дата, но в глубине души ей хотелось услышать его признание.

– И что же случилось восемь лет назад?

Джулиан усмехнулся, взяв девушку за плечи.

– Ты, – сказал он, ласково погладив ее руки. – Ты случилась.

– Я ничего не сделала.

Как все это опасно и глупо! Но она не могла остановиться.

Лили откинула голову назад, прислонившись затылком к твердой груди Джулиана. Еще чуть-чуть, и потом она выгонит его. Всего несколько минут позволит себе насладиться восхитительным теплом, что исходит от него. А потом избавится от этого наваждения. Так надо, потому что это верх идиотизма. Потому что именно так все и начиналось у Анны.

– Разве?

Его ладони скользнули к запястьям, коснулись пальцев, крепко сжимавших полы халата, и замерли.

– Кроме того, что нападала на тебя с кинжалами? – Она попыталась отстраниться, но он ее удержал.

– Нет.

Глубокий смех Джулиана отозвался дрожью по всему телу, и легкий вздох сорвался с ее губ.

– Я сейчас не об этом. – Он сжал ее пальцы. – Лили, ты толкаешь меня на безумства.

Она толкает его на безумства? Чем это? Тем, что подпустила к себе, забыв о том, чем все это может закончиться. Так и случилось с Анной. Кровь в жилах заледенела, и Лили напряглась. Это было неправильно.

Джулиан нежно держал ее за руки.

– Все в порядке, – прошептал ангел над самым ухом. – Я не собираюсь причинить тебе боль. Если ты велишь мне остановиться, я остановлюсь.

Так она и решила поступить. Но едва открыла рот, как его палец нежно обвел холмики грудей, и все слова тотчас позабылись. Ее словно окатило горячей волной, растопившей лед.

– Я остановлюсь, Лили. Не сделаю ничего против твоей воли, – продолжал ангел, прильнув губами к пульсирующей венке. – Только не бойся меня. Не позволяй, чтобы тобой завладел страх. Это все, о чем я тебя прошу.

Ее сердце колотилось с утроенной силой, а пальцы, сжимавшие шелк, расслабились.

– Я не смогу этого сделать.

– Откуда ты знаешь? – Джулиан нежно отвел ее руки, и полы халата приоткрылись.

Дыхание вмиг перехватило. Каждая клеточка тела ждала, когда он положит руки ей на плечи. Лили следовало оказаться от него как можно дальше, но она не пошевельнулась, охваченная безрассудным любопытством и острым возбуждением.

– Хочешь, чтобы я остановился? – спросил он.

Но слова замерли на губах. Тело и разум боролись. И гормоны одержали победу в этой борьбе.

Джулиан сдвинул шелк, оголив тонкие плечи, а затем и руки. Прохладный воздух коснулся обнаженной кожи, и она затрепетала, не в силах противиться ему. Он обвел пальцем ее татуировку.

– С крыльями ты была бы потрясающе красива.

То же самое можно было бы сказать и о нем, сохрани он свои крылья. Затем девушка почувствовала, что теперь он повторяет линию рисунка языком, и разум тотчас отключился. Господи, каждая клеточка ее тела звенела от напряжения.

– Джулиан, я… это…

– Ты хочешь, чтобы я перестал?

Лили не ответила, и он привлек ее еще ближе к себе.

– Нас связывает страсть. Отрицай сколько хочешь, но это правда.

Она и не стала. Эта страсть сводила ее с ума.

– Позволь мне скрасить твое одиночество. – Джулиан приподнял ее подбородок, медленно выписывая пальцем круги по изящной шее. – Ты такая красивая, – прошептал ангел, лаская другой рукой ее живот. – Никто не узнает. Ни Падшие, ни нефилимы. Только ты и я.

Ее веки затрепетали и сомкнулись. Затем его рука поднялась чуть выше, остановившись прямо под полукружьем груди, и Лили едва не вскрикнула.

– Скажи, чтобы я перестал, – его голос стал хриплым. – И, черт возьми, я перестану.

Ее губы приоткрылись, но она молчала. Джулиан издал тихий рык и впился в нее поцелуем.

Глава одиннадцатая

Лили уже много лет не целовалась. В прошлый раз это случилось, когда она была подростком, еще до появления Ваала и подписания Контракта. Она и забыла, как приятен может быть поцелуй, – впрочем, так ее не целовал никто и никогда прежде.