Читаем Остров смерти полностью

– У меня свои нормы. Они выше твоего ментовского потолка!

Белоконь махнул одному из своих бойцов, чтобы поскорей притащили режиссера. Авось Фалько удастся успокоить бандита, ведь прежде они как-то находили общий язык. Но было уже поздно.

На вышке включились прожекторы, мощные снопы света заскользили по темному небосводу, по воде, по соснам и елям.

Снова, как во время памятного ночного конкурса, природа показалась дорогостоящей масштабной декорацией. Только мечи из раскаленного белого света плясали быстрей, будто раскрученные многоруким обезумевшим великаном. И смысл всей этой пляски был другой, зловещий – из накрытого брезентом барака стали доноситься выстрелы.

Даже у привычных к стрельбе спецназовцев мороз пошел по коже от громкого эха, отражающегося от скал по обоим берегам реки. На секунду Белоконь испытал ужас полной беспомощности, какой испытываешь только во сне, когда хочешь бежать и не можешь.

– В моторку, живо! – скомандовал он пересохшими губами.

Всякая скрытность потеряла смысл. Скорость стала важней всего. Прицепив на вершине трос, быстро один за другим скользили вниз засевшие на белокаменной скале снайперы. По приказу капитана двое все-таки остались следить за бараком.

Но, как и обещал преступнику Забродов, мгновенная и резкая смена яркости оказалась наихудшим вариантом освещения.

Плохо натянутый брезент на бараке беспрерывно хлопал от ветра. Похожее на большую армейскую палатку сооружение, то и дело освещалось вспышками, более кратковременными и яркими, чем вспышки молнии. Глаза непрерывно слезились, и это затрудняло наблюдение.

К тому моменту, когда моторка оторвалась от правого берега метров на двадцать, оба снайпера различили с вершины скалы три одновременно выскочившие из барака фигуры. Если б две, сориентироваться было бы проще – отморозки-преступники покончили с грязной работой и надеются унести ноги. Но третья путала карты.

При стабильной освещенности фигуры удалось бы опознать в оптическом прицеле. Но в беспрерывном мерцании это было сложно – тем более в течение секунды.

На ее исходе оба снайпера успели отсеять одну, менее габаритную фигуру, что-то прижимающую к груди. Но стреляли уже вдогонку… Возможно, и попали, но приблизившийся луч прожектора не нащупал возле барака тел.

– Блин… Ушли.

Еще несколько пуль было выпущено по предполагаемой траектории движения.

– А кто третий – ты понял?

– Оставили заложника на закуску. Одного ведь проще тянуть, чем целую ораву.

Еще через несколько секунд моторка на полной скорости проскрежетала днищем по камням, потом проехалась по траве, оставляя темный след. Высадившимся на острове спецназовцам не пришлось долго бежать, чтобы ворваться в барак.

– Все на пол! Лежать!

На пол не свалился только один кандидат наук Струмилин, привязанный к деревянной стойке.

Его руки были связаны впереди, но так, чтобы могли удержать автомат. Первые несколько выстрелов в потолок кандидат сделал по требованию Ладейникова. Уходя, Игорь приказал продолжать.

– Будешь стрелять, я больше не вернусь. Перестанешь – жди обратно.

Это прозвучало более чем убедительно, и Вадим выстрелил даже теперь, в присутствии спецназовцев. Те обязаны были реагировать мгновенно, но биологу повезло – его не кончили на месте, а вырубили ударом приклада по скуле.

– Стоп! У мужика руки связаны!

– Ладно, очухается.

– Где они?

Вопрос был задан Диане, лежащей лицом вниз, но живой. Та не успела еще повернуться и ответить, а спецназовцы уже ринулись в глубь барака светить по всем углам – авось преступники замаскировались среди заложников.

Командир бы и сам высадился на остров, несмотря на потерю крови. Но он не мог быстро двигаться и не хотел отвлекать бойцов, превращая в носильщиков. Он приближался на лодке вместе со второй партией спецназовцев.

– Нету, ушли суки, – выскочили навстречу те, кто успел прошерстить барак.

– А заложники? Живые есть?

– Вроде все живы. Надо будет врачам показать.

Мельком заглянув в барак, Белоконь убедился, что нет там ни следов, ни запаха крови. Он тут же потерял к выжившим интерес, даже не отдав команды развязать пленников. Все внимание, все способности ослабевшего от ранения командира сосредоточились на главном – на паре преступников.

* * *

Перед выходом Ладейников снял с «напарника» черную майку без рукавов и натянул на себя поверх легкого, плотно прилегающего к телу бронежилета – одного из тех, которыми Феофанов оснастил свой дорогой сердцу взвод. Второй из трофейных бронежилетов нацепил на Забродова.

Теперь их легко спутать: головы у обоих не страдают от избытка волос, фигуры одинаково крепкие. Снайперы должны среагировать мгновенно, значит будут различать, с одной стороны, черную майку, с другой – бронежилет поверх голого тела. Если отставник успел договориться с ментами, значит его первым шлепнут на выходе из барака…