– Тише вы, – прошептал кто-то из женщин.

Забродов пока еще не анализировал слова и поступки, хотя в памяти все откладывалось. Он вообще не собирался ежеминутно все взвешивать. Если вдруг наберется критическая масса – все засветится, и мерцающая тень обратится в живого человека с именем и фамилией.

– Может, споем? – предложила Вероника.

– Только не по шпаргалке.

– Да ну их. Давайте «Степь да степь кругом».

– Может, не в тему, но сгодится.

– Тут и без гитары можно, – Рифат отложил инструмент в сторону.

Над рекой понесся нестройный хор голосов.

Ближайшие ели удивленно внимали ему. Раньше они как будто сторонились костра, боялись обжечь мохнатые лапы. А теперь придвинулись ближе, вслушиваясь в заунывный мотив.

Вернулся Ладейников, накинул куртку на мокрое тело.

– Как водичка? – поинтересовался Забродов.

– Кому как. Не курортная, но мне такая больше нравится.

– Меня, кстати, тоже в последний момент запихнули.

– Я уже понял. Видел, как народ на тебя косился? Думают, наверное, что по блату. Про меня тоже так думают.

– Странно, что ты по конкурсу не прошел.

– Почему странно?

– Крепкий парень.

– Забыл, какие там фокусы выдумывали? Как будто не на конкурс брали, а роль в кино играть.

Вообще, по-моему, им биография моя с самого начала показалась слишком серой.

– А где ты учишься, в каком институте?

– Если только между нами… – начал Игорь и замолчал.

– Да ладно, не хочешь – не говори.

– Не собирался я никому лапшу вешать, а Фалько пристал ни с того ни с сего. Говори всем, что студент, мол, так надо.

– Надо?

– На самом деле никакой я не студент. Я – омоновец. Но это между нами. Чувствую, нам с тобой придется в белых воронах ходить.

– Да ладно, мы еще первыми парнями на деревне будем.

Глава 11

Солнце полновесным диском выкатилось из-за склона, и финалисты, наконец, разглядели остров и близлежащие берега во всей красе. Прозрачная вода, одноцветные и крапчатые валуны у реки, сосны с золотистой корой и мох в тени, у подножия елок.

Большие пятна мха были еще разбросаны по отвесным склонам, выглаженным и выбеленным ветрами.

– Да за одно это стоило сюда слетать, правда?! – восхищенно озиралась Ольга.

От берега отчалила моторка. На борту виднелись Фалько, кутающийся в бушлат и его заместитель.

– Сейчас озадачат, готовьтесь.

Фалько привез важные новости. Сообщил, что конкурс начнется в десять утра. Надо разбиться на тройки по принципу: двое мужиков и одна женщина.

– А тринадцатый – лишний?

– Насчет тринадцатого потом объясню.

Приняв пассажиров, лодка отправилась зачем-то на дальний конец острова. В темных своих очках и развевающемся бушлате Фалько напоминал адмирала, объезжающего флотилию.

– Начинается самое интересное, – пробормотал кто-то.

От распределения по тройкам зависело многое.

Никто не знал, на какой срок создаются такие вот мини-команды – на один конкурс или до конца игры? Ситуация изменилась мгновенно: все, кто игнорировал Забродова и Ладейникова, теперь стали улыбаться им, заводить дружеские разговоры.

Из женщин только Света Акимова чувствовала себя спокойно и уверенно, да еще Диана, которой, казалось, было на все наплевать. Ольга Штурм уже терлась возле Игоря. Вероника с «ромашкой»

Зиной переглянулись, решая, кто на кого будет претендовать.

Ладейникова сразу «забили». Из крепких мужиков оставались только Забродов и охранник банка. Но не хотелось унижаться перед жлобом с оттопыренной губой. Вероника с Зиной поняли друг друга без слов и вместе подошли к немолодому уже, но крепкому мужчине в черной майке без рукавов – пусть решает сам.

– Как вам наш остров? – начала Зина.

Ее фигурка казалась такой хрупкой, а глаза такими ясными. «Странные состязания, – подумал Илларион. – Как такой девчушке выдержать рядом с мужиками?»

– Вода холодная, – поежилась Вероника. – Не очень-то здесь искупаешься. Я бы предпочла теплое море, песочек. Были ведь раньше такие шоу, где народ бананами да кокосами обжирался.

Сейчас, наверное, денег нет всю ораву везти в тропики.

– Может, жребий кинем, кому с кем объединяться? – предложил тем временем бывший лохотронщик. – Так будет справедливее. А то начнутся сейчас перешептывания, интриги.

– Никаких интриг, сейчас поделим по-братски девочек, – зевнул невыспавшийся Губайдуллин.

– Если б завалить в кустах – другое дело.

А таскать на горбу – удовольствие ниже среднего.

– Сперва потаскать, а потом…

– Нам с тобой пока ни то ни другое не светит.

Видишь, вон, к кому липнут.

– А мы сейчас к Малаховой подвалим. Приемлемая во всех отношениях кандидатура. Вес в пределах разумного.

– Потаскать она себя позволит. Насчет другого – неуверен.

Оба подошли к Диане, чье красивое лицо по-прежнему ничего не выражало и казалось изваянным из мрамора.

– Девушка, вы не скажете, который час?

– Как пройти в библиотеку?

– Если серьезно, мы вам предлагаем гармоничный союз. Треугольник без острых углов.

– Рекордов не поставим, но выжить на острове попробуем.

– Только не рассчитывайте, что я буду вам готовить и штопать носки, – произнесла Малахова, так и не удостоив «претендентов» взглядом.

У Кости Воробья была своя, особая стратегия.