Читаем Остров пропавших душ полностью

– Помнишь того водителя грузовика в прошлом году? Так вот, я не хочу, чтобы кого-нибудь подстрелили из-за чьих-то расшатавшихся нервов. Поэтому я говорю и тебе и Анджело – пушки оставьте. Не дай бог я узнаю, что вы взяли их с собой.

– А этот парень точно там будет?

– Не волнуйся. Я об этом позаботился.

Он отошел и остановился рядом с Кармен. Взасос поцеловав ее, стиснул ей грудь. Я почувствовал, как во мне просыпается дикарь.

Потом Стэн вышел через заднюю дверь, а Кармен со скучающим видом так и продолжала курить за стойкой. Я размышлял над тем, что Стэн сказал об оружии.

Честно сказать, это показалось мне странным.

Кармен волком смотрела с дальнего конца стойки, а Лу и Джей, заметив это, стали рассуждать с ней о том, каким расслабленным стал Стэн после того, как она с ним сошлась. Здесь была доля правды, но вызвало это у меня только беспокойство, и где-то в глубине души я почувствовал стыд. Одним глотком я прикончил свой виски и заказал очередную порцию.

У Кармен были длинные светло-каштановые волосы, которые она носила завязанными в узел на затылке. Кожа на ее миловидном лице была грубой, и пудра собиралась комочками в ее маленьких неровностях; правда, увидеть это можно было только с очень близкого расстояния. Она напоминала мне выпитый бокал с коктейлем, в котором осталась только шкурка от лайма на подтаявшем кубике льда.

Мне кажется, мужчинам она нравилась из-за той ауры чувственности, которая ее окружала. Смотришь на такую и понимаешь, что она готова на все. Конечно, это очень сексуально, но долго выносить этого нельзя. Я знал о ней некоторые вещи, которые не знал даже Анджело. Ну, всякие истории про то, как она одновременно с несколькими парнями… А один раз она предложила мне пригласить подружку, чтобы разнообразить наш секс.

Такие вещи не по мне. А в то время я еще испытывал к ней романтические чувства, которые, как я сейчас понимаю, были совсем не к месту.

Мне кажется, что она больше удовольствия получала от измен, чем от простого секса. Как будто она постоянно хотела кому-то за что-то отплатить.

Однажды она обвинила меня в том, что я ее избил, но я ей не поверил.

Она была актрисой в душе, и драма значила для нее больше, чем правда. Хотя должен признаться, что плохо помнил, что именно происходило в ту ночь.

И вот сейчас в баре Лу сказал ей что-то вроде: «А ты умеешь сделать мужика счастливым».

– Никто не может сказать, что я не стараюсь, – ответила Кармен.

Все они рассмеялись, и мне показалось, что 9-миллиметровый пистолет у меня за поясом стал горячее. Конечно, пристрели я их прямо на месте, удовольствия бы мне это не доставило, но я был просто зол на весь мир и не хотел умирать от этой болезни, как мне предсказал врач.

Бросив несколько банкнот на стойку, я вышел из бара. Пару ночей назад я здорово набрался текилы, и мне пришлось оставить тут свою тачку. Так она и стояла – здоровый пикап F-150, 1984 года выпуска. Шел 87-й год, но мне нравились более ранние модели – квадратные и приземистые, настоящие аппараты для мужчины, а не какие-то игрушки. Я пересек скоростную трассу Понтчартрейн и продолжал ехать, не включая радио. В голове моей роились разные мысли.

Гретна. На Франклин-стрит я попытался вспомнить, когда последний раз занимался выбиванием долгов. Солнце, мелькавшее между деревьями, казалось, требовало, чтобы я им восхищался, но мне было не до этого. Я попытался представить себе, что это такое – быть мертвым, но моего воображения на это не хватило.

У меня возникло то же безысходное и удушающее чувство, которое было у меня в двенадцать-тринадцать лет, когда я только начинал работать на хлопковых полях. Мешок на плече, и мистер Бэйдлс на лошади со свистком в зубах, которым он руководил ребятами из приюта для трудных подростков. И так каждое утро в тот август. И это ужасное ощущение бесконечности твоего труда. Это чувство, что ты «Не Можешь Победить». После недели такой работы я впервые заметил водяные волдыри на своих руках – это произошло, когда я уронил вилку и понял, когда пытался ее поднять, что ничего не чувствую руками. Держась за руль, я посмотрел на нынешние твердые мозоли на своих пальцах, и меня охватила злоба. Как будто меня кто-то обманул. А потом я подумал о Мэри-Энн, своей матери. Она была слабой, но умной женщиной, которая предпочитала прикидываться дурочкой. Но сегодня было не время вспоминать ее.

Я нашел адрес, который дал мне Стэн, – многоквартирный дом, больше похожий на выгребную яму, расположившийся рядом с линией складов: выцветший кирпич, покрытый граффити, заросли травы и сорняков на соседнем, пустующем, участке. Автохлам на парковке рядом с домом и запах машинного масла и мусора, характерный для Нового Орлеана.