Читаем Остров Бога полностью

Ненависть, вполне может быть оправданна, когда тебе причинили исключительное зло, но до христианского «всепрощения», сами христиане поднимаются редко, и по этому эту ненависть объяснит нельзя ничем, кроме как её «насланостью ». Вспомните, как Господь «наслал» казни, что бы сломить упорство Фараона? И неясно, чего это египтянин  так сопротивлялся: население вымирает, скот передох, воды Нила стали кровью, вопят мухами покусанные, а он не отпускает евреев и всё тут!  Сказано, что накануне «казней»  « Господь ожесточил сердце фараона, и он не послушал их».  (Исх.9:12).

Специально    наслал «ожесточение», бессмысленное упрямство,  что бы не отпускал Фараон евреев в пустыню, и   все видели борьбу  Справедливости и Лжи, Рабства и Свободы  и что бы увидели, кто победит.   Вот вам и ответ-«ожесточение сердца», глупое упорство ненавистников «народа желающего  жить  отдельно», необъяснимо ничем, кроме как, насланостью, «ожесточением сердец», созданным Божественной волей. Эта ненависть, кнут и узда для всех островитян, куда бы их не забрасывала судьба. Она держит  их в напряжении и не даёт расслабиться никогда. Без неё Остров ждёт исчезновение и смерть. Сами ненавистники, всего-навсего, её исполнительные, заколдованные рабы. Она и есть ответ на вопрос « а для чего нужен этот Остров в океане людей и почему он вечен».

Религия, сладкая как мёд.

 «Когда дует ветер, выше всего вздымается мусор».

На Острове, по воле Божьей, или по его невнимательности, прости Отец Небесный за прямоту,  расселились, разные племена. С некоторыми из них уживаться просто, с некоторыми, даже, приятно, но есть, и такие - увидишь в сумерках, и стонешь: «Не приведи, Господи»! С другой стороны, из наблюдений за их образом жизни, рождается убеждённость, что ты на правильном пути, и глубокая благодарность к милосердию Всевышнего, который хоть и сделал тебя  «притчей во языцех», до такого ничтожества,

не довёл.

Всё написанное ниже, страшит моих товарищей, как будто судьба моя уже решена, и пригласительные билеты на панихиду  разосланы. Одна подруга, супруга друга моего, сурового в своей непримиримости, еврея Соломона, не царя пока ещё, даже причитала, намедни: « а, ты, не боишься, правда, не боишься»? Подруга! Чего боятся то!? Годов я немалых, совесть рвётся наружу, лицемерие отсохло и отпало, под давлением свирепых фактов, и уже хочется правду, правду, говорить! Щас скажу!

Ежели кому покажется, что я стою с помойным ведром при входе в какое-то медресе и надеваю его по очереди на головы, всем, спешащим на занятия студентам, то он, прав, прав, я вам говорю, а всё по тому, что ислам, я не люблю,   и боюсь его очень, очень сильно.   А к мусульманам, ну, не ко всем, но многим, я лоялен, как блоха к коту. Люди, как люди, пока не начинают усиленно изучать «святую книгу», тут всем добрым отношениям  с ними приходит быстрый и грустный кирдык. Живёт себе человек, вкалывает на стройке, или трясёт свои оливы, как психованный, чтобы собрать плоды и надавить из них вкусного оливково масла, а  выкроит минутку, сядет  мулу послушать, и, пожалуйста, уже готов устроить фейерверк из своих потрохов, а, я этого, не люблю! Много раз я наблюдал, как после усиленного изучения хадисов, наступал, быстрый и неотвратимый, как грыжа у такелажника, «ряд чудесных изменений жуткого лица»! Так что, братие, всё ниже написанное, заурядный крик перепуганной души. Да, я не стесняюсь, признаться  в перепуге от этой новой напасти, «ренессанса мусульманских традиций », и расползания его по всему белому свету. Я посвятил изучению сего феномена,  много страшных дней и даже ночей, и чем дальше забредал, тем больше трясся. Давайте трястись вместе, если вы не глупые, какие-нибудь.