Читаем Остров Бога полностью

                                                                                                                                                           И, наконец, последняя в кольце предобразов Богородицы, окружающих лик Спасителя, царица Эстер. Персидский царь Артаксеркс, а в еврейской традиции  Ахашверош, вполне историческая личность, правда, жил он вроде бы не совсем в то время, когда происходили описываемые события. Ну, уж не знаю, кто там напутал, летописцы, царица Эстер, её дядюшка Мордехай или сам Великий царь, но что получилось, то получилось. Артаксеркс этот, как все  владыки, считал необходимым, иногда, порадовать подданных бесплатной пищей и выпивкой, а заодно, как нынче говорят на Руси – «попиариться».  И вот устроил он  в Сузах грандиозный пир,   и  лично набрался так, что потащил свою благоверную,  царицу Вашти, к столам, дабы похвалиться перед подданными её строгой красотой!  Но царице это не понравилось. Она была из хорошей семьи, к тому же, не менее знатной, чем семья её господина. И она, причём в  весьма  грубой форме, отказалась принимать участие в этом непотребстве и зря, потому что с похмелья, царь решил, что ему нужна новая царица, посговорчивее.  Ну и устроили его перепуганные придворные, некое дефиле  под девизом «Мисс империя», а победительницей стала скромница Эстер, к тому же натуральная еврейка. Она бедняжка, была сироткой и единственный её близкий родственник   дядюшка Мордехай, а многие говорят, что он был её двоюродный брат,  присоветовал ей помалкивать о своём происхождении.    Мне лично, больше нравится «добрый умный дядюшка», а  не какой-то моложавый и подозрительный, через свой легкомысленный возраст, кузен. Так что пусть остаётся дядюшкой.   Сам    Мордехай    завёл странную привычку каждый день усаживаться у ворот  дворца и слушать сплетни царедворцев. И дослушался, наконец, как двое гвардейцев, что стояли там, на часах, сговаривались порешить Артаксеркса.    Дядя  Мордехай не сплоховал, и поспешил во дворец, где испросил аудиенцию у племянницы, и сообщил её о готовящемся злодействе. Та к евнухам, они к царю, в общем, удавили предателей. Имя еврея Мордехая, царь  вписал,   в специальную книжечку, что бы, при случае, отблагодарить. Сразу не мог, жадность душила. Говорят, что у Артаксеркса было две памятные книжечки, одна для благодарностей, а другая наоборот, и все придворные тряслись как листья фиговые, когда царь в них кого-то  записывал -  бывали случаи, когда Владыка путал и душили не тех.                                                                                                                                                             В то же время при дворе служил некий Аман, подлец редкий. И вот однажды он, оскорблённый отсутствием   почтительности со стороны Мордехая, надумал погубить весь еврейский народ, что бы заодно умертвить и Мордехая. Очень, очень плодотворный подход! Хочу вас порадовать тем, что говорил,   Аман Артаксерксу:  «Во всех областях царства твоего есть один народ, рассеянный среди   народов и обособленный   и законы у него иные, чем у всех народов, а законов царя они не выполняют, и царю не стоит оставлять их».  Очень знакомая логика, ничего нового со времён Антиоха, придумать так и  не смогли, эти тупые   антисемиты. К тому же, хитрый  Аман, пообещал компенсировать затраты царя на предстоящую резню, десятью тысячами монет серебром.

- Ну что ж, - сказал  царь, - делай. И забыл об этом сразу. Сие  характеризует   царя как, мужчину вспыльчивого, жадного и недалёкого. Аман же, мерзавец,  составил указ, повелевающий убить всех евреев, и скрепил его царской печатью. Всех поголовно -  включая женщин и детей, хотя среди них Мордехай, уж никак не мог оказаться.  И как всякий   язычник не мог решить Аман, какой день благоприятен для его замысла, суеверный был, негодяй.  И бросал  Аман жребий,  который называется  у нас «пур» и пал он на тринадцатый день месяца адара, который обычно соответствует марту.                                                                                                                                                                             В те времена, уже существовали очень удобные для мужчин законы, как,  например, запрет на появлении женщины незваной, в личных апартаментах  Владыки. Очень, очень страшно было Эстер, но говорил ей Мордехай:   «Не полагай в душе своей, что спасешься в доме царском  одна  из всех евреев... кто знает, не для такой ли поры и достигла ты  достоинства царского», и Эстер пошла к мужу, хотя чуть не упала в обморок, зайдя на его половину.

В эту ночь было очень шумно на Небесах, оттого, что слезы и молитвы отчаявшихся евреев прорвались через все преграды к престолу Всевышнего. И даже Ангелы в страхе спрашивали друг друга: "Неужели Бог  возненавидел мир?".