Читаем Осторожно, кабаны! полностью

Они подъехали к своему домику. Уставшее солнце село за горизонт. Ночь в деревне отличалась от городской полнотой звучания природы. Повсюду слышались возгласы ночных обитателей: шуршали ежи в кустах, рокотали насекомые, из яра за двором доносился писк, возможно лисий. Никаких машин, дурацких кондиционеров или алкашских битв за озвериновую воду. Подняв глаза к небу, можно было увидеть россыпь звёзд, не таких уж одиноких. Макс ничего не смыслил в астрономии, но ему нравился Млечный Путь – дорога, пересекающая чёрное полотно.

На следующий день, плотно позавтракав блинчиками с мясом и выпив кофе, Макс и Маша отправились на прогулку. У Маши появилась идея – каждый день проходить десять тысяч шагов, борясь с лишним весом. Вся деревня – это одна асфальтированная улица с редкими домами по обеим сторонам. Отличное место для реализации ее идеи. Здесь было всё для приятной прогулки: огромный луг, заканчивающийся рекой Тихая Береза, меловые холмы, покрытые ковылём и земляникой. Их называют «Сниженные альпы».

– Блин, мне кажется, нам надо больше проводить времени вместе, и не только за сериалами, да, Макс? – окрылённая свежим воздухом, сказала Маша.

– Ну да, – скупо ответил он.

– Куда пойдём сейчас?

– Да куда хочешь.

– Нет, решай ты, – для Маши было важно, чтобы её мужчина был сильным и умел принимать решения, как её отец. Его фигура всегда сидела во главе стола. Они с Максом даже похожи, но, только внешне, характеры, к её сожалению, и одновременно к радости, были у них разные. Сергей Василич, излюбливал побивать мать Маши, и её саму, иногда даже без повода. После работы, он зачастую приходил под градусом, и начиналось. Так у Маши появилась опаска перед выпивающими мужчинами.

– Не знаю я, скажи, и пойдём, – нервозно произнес Макс.

– Блин, хватит, ты же мужик, веди!

– Ладно, пойдём к реке.

Разговор не клеился. Большую часть времени они просто пялились по сторонам и озвучивали неинтересные наблюдения, вроде: «О, смотри, птица». Навстречу им шла Альбина Петровна. Один из камней преткновения в их отношениях, по мнению Маши. За несколько недель их отсутствия она словно помолодела и поправилась – это бросалось в глаза. Она никогда не была пышной, поэтому контраст был заметен.

– Максим, Маша, рада вас видеть! Наконец-то приехали. Сейчас самое красивое время, зелень набрала силу, вся живность выползла на брачный сезон. Как дела? – у Альбины Петровны был ровный, поставленный голос, будто в молодости она играла в театре.

– Здравствуйте, Альбина Петровна, – с придыханием поздоровался Макс.

– Здрасьте, – холодно и пренебрежительно ответила Маша.

– У нас всё нормально, выбрались наконец на природу. Задолбались в городе сидеть, – Макс улыбнулся.

– Говори за себя. Я люблю город, – перебила Маша. Она сказала так, только потому что, хотела вставить дерзкое словцо.

– Ну что ты, Маш, скоро проникнешься этим воздухом и полюбишь даже насекомых. Они-то уж тебя точно полюбят, – Альбина Петровна добродушно хихикнула.

– Не сомневаюсь…

– Придёте ко мне после прогулки? Я как раз пирог испеку, клубника поспела, – Альбина Петровна по-дружески тронула Макса за предплечье.

– Конечно! От таких предложений только дурак откажется, – Макс будто расцвел.

Они ещё минуту поболтали и разошлись. Солнце мягко нагревало асфальт, по которому влюблённые продолжили прогулку.

– Слушай, не нравится мне эта бабка. Ты с ней времени больше проводишь, чем со мной, – возмутилась Маша, как только старушка скрылась из виду.

– Чего ты так грубо? Она не бабка. Хватит глупости говорить. Мы с тобой почти круглые сутки вместе, а с ней вижусь только здесь.

– Зато здесь я только твою залысину вижу, когда ты из калитки выбегаешь.

– Блин, что ты вообще такое говоришь?!

– А что? Будь твоя воля, ты бы уже рванул к своей дряхлой любовнице, разве нет?

– Маш, хватит! Ты же знаешь, мне нужна только ты. Я тебя люблю.

– Ага, ящик пива и соседская бабуська. Вот это жизнь, – на самом деле, Маша действительно переживал из-за любви Макса к алкоголю.

– Я устал ругаться из-за твоих выдумок. Хватит меня осуждать, Маш.

– В смысле выдумок? Хочешь сказать, я вру?

– Ты всё выворачиваешь. Вот что я хочу сказать.

– Значит, то, что я хочу больше времени проводить с моим будущим мужем, отцом наших будущих детей, ты называешь выворачиванием?

– Бл… – Макс осёкся, закрыв лицо ладонями.

– Знаешь что? Вали к своей бабке. Но потом не говори, что я не предупреждала. Она странная и вообще, наверное, колдушка. Приворожит тебя, будешь как её пёсик дворовый.

– Если ты считаешь, что я на такое способен, то мне обидно, Маш.

– Да, считаю.

– Тогда я пошёл! – собрав волю в кулак, сказал Макс, желая сбежать.

– Куда это?

– К Альбине.

– Уже Альбина, значит?

– Всё, надоело, – он развернулся и пошёл назад, оставив ошарашенную Машу на обочине смотреть на его спину выпученными глазами.