Читаем Особый контроль полностью

— Что поделаешь. — Дьондюранг вздохнул. — Я тоже несовершенен. Но, по крайней мере, никогда не лицемерю. А вы порою ищете и не хотите находить, находите, чтоб было что терять, теряете, лишь бы оплакивать утрату. Для вас кажется слишком простым, даже недостойным человека ценить то, что имеешь… Я всю жизнь посвятил изучению человеческой природы…

— И что же вам удалось узнать о нас? — грустно улыбнулся Астрагал, прислонившись спиной к голубому шероховатому камню.

— Люди очень часто совершают глупости, которые ничем нельзя объяснить.

Астрагал вдруг громко рассмеялся:

— Вы делаете осмысленные глупости, мы — глупости неоправданные, но главное в том, что и вы, и мы далеки еще от совершенства, не так ли?

— К сожалению, именно так. — Дьондюранг усмехнулся.

Они долго сидели молча, каждый по-своему оценивая встречу, думая о тайне бытия, о людях и киберах, об огромной сталактитовой пещере, ставшей, должно быть, последним их пристанищем.

— Однажды, — нарушил молчание Астрагал, — узнав, что траектория нашей очередной экспедиции будет проходить через Гарию, моя жена, моя Тилия… — Он вдруг умолк, грустно улыбаясь. — Так вот, моя Тилия попросила меня привезти гарского перца. Я говорил ей, что у меня не останется времени, чтобы достать этот редкостный продукт. Но Тилия так просила, так умоляла… И я привез. На сто пятьдесят семь часов задержал четыре межпланетные машины на Гарии, но достал. Привез. И она действительно была счастлива как ребенок. Но перец тот, редкостный гарский перец весь до последнего стручка сгнил на кухне… — Астрагал неожиданно рассмеялся. — Сначала она хотела его законсервировать. Потом решила приготовить рец. Но каждый день выкидывала стручок за стручком, которые становились мягкими и начинали дурно пахнуть. Она даже с сожалением причмокивала над каждым. Я так ничего и не понял толком. Зачем он ей понадобился? А когда спросил, почему он гниет на кухне и нужен ли он вообще, она лишь небрежно бросила: “Не будь мелочным, тебя это отнюдь не украшает!” Вот наглядная иллюстрация к вашим словам и наблюдениям, — рассмеялся Астрагал. — И что интересно, этот случай я вспоминаю здесь чаще всего. Семьдесят два года супружеской жизни оставили в памяти наиболее ярким именно этот эпизод. Смешно? Знаете, а мне опять захотелось к людям. Вы пробудили во мне желание жить, воскреснуть…

— И опять вы позволили себе лицемерное утверждение. Не я пробудил в вас желание жить с людьми. Скажите мне по-честному — сколько лет вы выходите из этой пещеры в надежде встретить людей?..

Дьондюранг отхлебнул еще глоток из зеленой фляги.

— Теперь мне понятно, почему так внезапно в кабине межпланетного такси мне пришло в голову взять курс на астероид Лазурных Сталактитов. Я уловил призыв вашего биополя. Вы думали о людях, вы мечтали их увидеть. Вы нуждаетесь в помощи. Разве не так? Мы с вами оба должны вернуться к людям. Вспомните Сандра:

— Как вы себе представляете наше возвращение? — грустно улыбнулся Астрагал.

— Пока еще никак. Согласитесь, не мог мой центральный анализатор придумать такую несуразность, как явиться сюда только затем, чтобы вместе с вами перестать функционировать в этой прекрасной пещере. Я убежден, существуют какие-то факторы, которые еще не могут быть оформлены в виде программного приказа >: ли мысли. Нам остается ждать и верить: мы возвратимся к людям. И, знаете, сегодня я счастлив! — Дьондюранг громко, радостно рассмеялся, и смех его, неудержимый и искренний, который присущ только киберам, без малейшей фальши, передался Астрагалу. — А теперь спать! И верить — все к лучшему. Все к лучшему!

Они сидели на холодной каменной скамье возле генератора кислорода, стараясь найти причину неисправности. Третий час уже мигала сигнальная лампочка, оповещая об опасности. В пещере уменьшалось количество кислорода.

— Никогда не подумал бы, — подчеркнуто спокойным тоном сказал Астрагал. — Эта машина практически вечная. А что на мою жизнь ее хватит, ничуть не сомневался. — Его старческие морщины вокруг глаз стали глубже, он напряженно посматривал на аварийный сигнал над голубой ретортой.

Громадный пещерный зал впервые показался обоим зловещим. Голубые сталактиты мечами свисали над ними.

— Если не найдем причины, через несколько часов — конец.

— Я не могу поверить, что все так бессмысленно закончится.

— Когда-то вы обещали, что мы вернемся к людям. — Астрагал отвел взгляд от генератора. — Но все произойдет значительно проще. Вам не удастся мне помочь. — Астрагал старался говорить спокойно, но внезапно сорвался на крик: — Ну найди хотя бы причину! Почему падает уровень кислорода? Я хочу знать! Зачем ты обещал, что мы вернемся?!

— Вы уже потеряли надежду?

— Издеваешься? — почти со злостью закричал Астрагал и надрывно, по-старчески закашлялся.

— Никто не знает, что произойдет час спустя, — спокойно ответил Дьондюранг.