Читаем Основатели (СИ) полностью

Не успела Реувен опомниться, как лес точно ожил: деревья закачались, послышались крики, топот, из-за стволов на Реувен накатила волна магии. Какие-то люди, диковатые и оборванные, выбежали на дорогу, вооруженные длинными палками. Один из них бросился на Реувен — не раздумывая, почти неосознанно, она выкрикнула магглоотталкивающее заклятье. Оно не подействовало. Реувен пришлось бы несладко, если бы не вовремя подоспевший Годрик — размахнувшись, он одним ударом срубил нападавшему голову и откинул второго, крикнув: «Депульсо!»

— Что они такое?! — выдохнула Реувен. — Они не магглы! — она послала в одного из разбойников Аваду Кедавру — и едва успела защититься от чьего-то магического удара.

— Куда катится этот мир, — пропыхтел Годрик, орудуя мечом и волшебной палочкой одновременно. — Видал я купцов-колдунов, видал и чародеев-монахов — но чтобы, черт возьми, разбойники-маги!.. Это мне совсем не по нутру.

Отбившись от разбойников, преграждавших ей дорогу, Реувен кинулась к Элазару — но их разделило рухнувшее дерево, настолько большое, что Реувен даже не смогла разглядеть Элазара за густыми ветвями. Оглянувшись, она увидела, что еще несколько разбойников облепили повозку. Одра, по-видимому, уже свели. Крепко вцепившись в запряженную кобылу, Бени отчаянно защищался: оглушил одного и наслал целую тучу оводов на другого. Реувен проследила взглядом, как тот, преследуемый оводами, истошно вопя, пробежал мимо. Но повозку осаждали еще трое разбойников, а Бени, не привыкший к палочковой магии, не успевал колдовать и в то же время защищаться. Реувен и Годрик поспешили на помощь.

Между тем Элазар выбрался из-за дерева — вернее, заклинанием взметнул его в воздух и послал в разбойников. Те бросились врассыпную. Не теряя времени, Элазар подбежал к повозке и крикнул спутникам, вскидывая палочку:

— Их слишком много! Все в повозку, живо!

— Но лошадь не сможет… — взволнованно попытался возразить Бени.

— Сможет, — перебил его Элазар. Вскочив на повозку, он прикоснулся кончиком палочки к шее кобылы — и та, пронзительно заржав, поскакала вперед, ослепленная болью. Повозка на немыслимой скорости покатилась через лес, грохоча колесами, подскакивая на ухабах и скрипя так, что казалось, она вот-вот развалится на части. Элазара и его спутников мотало из стороны в сторону, трясло, подбрасывало; они крепко вцепились в края повозки и молили Бога о том, чтобы удержаться. Нахлестываемая заклинаниями Элазара лошадь, вся в мыле, наконец вылетела из леса. Повозка прокатилась по дороге еще немного и остановилась, дернувшись так, что Бени, потеряв равновесие, слетел в густую траву.

Измученная лошадь едва держалась на ногах. Взмыленные бока ходили ходуном; она дрожала и косила на Бени обезумевшим от боли глазом.

— Бедная животина, — пожалел ее Годрик, тяжело спрыгивая с повозки. — Эхе-хе, — прокряхтел он, разминая спину. — Всю задницу себе отбил о ваши треклятые пожитки. И что вы там наложили в повозку, хотел бы я знать? Камни, что ли?

Бени подошел к кобыле и погладил ее по шее.

— Ей же больно, учитель Элазар, — сказал он со слезами в голосе.

Элазар бросил на Бени презрительный взгляд.

— И что? По-другому она бы не вывезла нас всех. Благодаря мне мы спасли нашу повозку и кобылу; а если бы я, подобно тебе, предавался никчемным сантиментам, мы лишились бы в лесу всего, что имеем — да еще и наших жизней в придачу.

— Подумать только, — проговорила Реувен, обращаясь скорее к самой себе, чем к другим. — Разбойники-маги!..

Элазар зло усмехнулся.

— Ну что, Реувен? Всё еще считаешь, что моя нетерпимость к магглорожденным беспочвенна и алогична? Если бы те молодчики, что напали на нас в лесу, владели всеми заклинаниями, которыми владеем мы, наша судьба была бы весьма незавидна.

Реувен чувствовала себя слишком измотанной, чтобы спорить, но все-таки нашла в себе силы ответить:

— Если бы те магглорожденные были разумными, образованными магами (а именно такими воспитал бы их мой отец в своем бейт-мидраше), они, я верю, и вовсе не стали бы разбойниками, ибо злоба всегда проистекает из невежества.

Элазар посмотрел на Реувен как на умалишенную. Он вознамерился сказать ей что-то гадкое — Реувен уже приготовилась дать ему решительный отпор — но вдруг застыл, изменившись в лице. Ехидные слова застряли у Элазара в горле. Он с ужасом поднял глаза на спутников — и тихо, пугающе тихо, сообщил:

— Они срезали с меня кошель вместе с поясом.

— Великий Бог! — ахнула Реувен. — Как же это… А… А галлеоны, золотые галлеоны? Ты же хранил их отдельно. Где они?

У Элазара опять начали дрожать руки.

— Я зашил их в пояс, — сказал он бесцветным голосом.

— Ну и дела, — мрачно протянул Годрик. — Что же, господин чародей? Значит, по твоей милости мы остались без гроша?

— На меня напало с полдюжины этих негодяев! — вскинулся Элазар. — Как, по-твоему, я должен был приглядывать за поясом?! Я и без того едва успевал отбивать их чары!

Тут Бени, всё это время пытавшийся успокоить бедную лошадь, подскочил как ужаленный и отшатнулся от повозки.

— Ай! Там что-то шевелится!

— Час от часу не легче, — пробормотал Годрик.