Читаем Осколок полностью

Наташе почему-то аж до боли в сердце было неприятно это слышать. Хотя в подсознании все время ставила себя перед этим фактом, даже мысленно обещала себе простить Максима за измену, но одно дело — понимать самой, и совсем другое — слышать от окружающих.

— Ты знаешь его лучше, чем я? — удивилась Наташа, устремив на мать взгляд, полный гордости и собственного достоинства.

— Наташ! — протянула мама устало, словно уже в тысячный раз пыталась объяснить то, чего дочка никак не понимает. — Все они одинаковые! Чего тут знать-то еще надо?!

Наташа непримиримо спрятала моську в кружке с водой из крана и задумалась. Мамины слова напоминают жалобы женщины-неудачницы. Всегда — любые ее слова. Все плохо, все безнадежно, мужчины всегда изменяют, а обувь всегда жмет. Как могут все мужчины быть одинаковыми, если каждый человек — индивидуальность?

Нет, Макс не такой, как все. Думала об этом и в ванной, принимая душ после знойного, жаркого дня. Приятно было ощущать на голой коже свежие живительные капли, ласкающие тело почти так же нежно, как губы Максима. Наташа никогда не рисковала заниматься мастурбацией в ванне Максима, если он был дома — несмотря на их близкие любовные отношения, все же стеснялась быть застигнутой на месте преступления, ведь у Максима дверь в ванной не замыкается. Здесь же, у родителей, каждый день, а то и чаще, отдавалась самой себе с пребольшим удовольствием! Здесь зеркало в полный рост. Сначала от теплой воды оно запотевает, но потом конденсат становится такой сильный, что превращается в прозрачные струйки, искажающие изображение как раз настолько, что не видно изъянов фигуры, и остается простор для фантазий.

Наташа обожает разглядывать свое стройное, загорелое тело с белыми следами от купальника. Может быть, это вульгарно: носить такой откровенный купальник, да еще при этом ходить на пляж без сопровождения, но за свою безопасность девушка не беспокоится, ведь пляж цивилизованный, платный. А уже два дня она вообще ходит на пляж одного крутого санатория: мама (важная шишка в городе) сделала ей туда пропуск — именной, с ее фотографией. Там вообще она бывает подолгу единственной посетительницей целого аэрария, пока к вечеру на остывший песочек не подтягиваются ленивые и обрюзгшие жители санаторных коттеджей. Иногда Наташа даже загорает топлес, но нервничает и постоянно озирается от малейшего шума.

Зато каков результат! Наташа с удовольствием разглядывала себя в зеркале и щекоткой заставляла кожу покрываться мурашками: от этого грудь становится упругая и красивая. Загорелая грудь. Следов купальника за эти два дня уже стало почти не заметно, ведь девушка ходит на море в обед, когда самое безжалостное солнце, а надевает лифчик только вечером, когда появляется первый зритель. Максиму эта мысль не понравится.

Мылила поролоновой мочалкой свою спину, и пена приятно соскальзывала вниз по позвоночной впадинке и дальше между ягодиц. Четыре дня назад пробовали с Максом анальный секс. Самый большой восторг у Наташи вызвал не сам секс, а поход в секс-шоп за смазкой. Наташа там ужасно волновалась, постоянно хихикала, разглядывая смешные, а иногда очень даже реалистичные фаллосы, и сильно краснела, когда Макс спросил у продавщицы то, за чем они пришли. Дабы смутить Макса, стала упрашивать его купить ей «друга», который мог бы заменить Максима в его отсутствие. Но в итоге лишь еще больше смутилась сама, когда Макс сказал: «Выбирай».

А все остальное… Ничего плохого в анальном сексе нет. Но и хорошего — тоже. Может, надо было последовать советам Макса, и заниматься этим не тогда, когда Наташа решила: «Давай сегодня», а тогда, когда у нее, действительно, возникнет потребность в такого рода ласках, то есть: «Давай именно сейчас». Это желание возникало обычно незадолго до оргазма, когда стыдливость сильно притуплялась, и хотелось чего-то грубей. Но Макс просто уступил ее уговорам, ведь в постели все должна решать женщина. Впрочем, ошибившись с выбором раз, Наташа поняла, что лучше доверять тому, кто опытнее, поэтому пока не спешила разочаровываться. Первый блин всегда комом.

Наташа прикрыла глаза, подставив лицо под бархатные струйки душа, и неудержимо проскользила привычной левой рукой туда, где сейчас так не хватает Макса, ну или хотя бы «друга» из секс-шопа. Как бы нежно и уверенно себя ни ласкала, но все равно Макс делает это приятней. Хотя Наташино воображение развито отлично, поэтому все-таки самые лучшие оргазмы были самостоятельными.

Сквозь закрытые веки мир кажется таким приглушенным! Вроде и ощущаешь, где светлее, а где темнее… Что-то вдруг мелькнуло, шевельнулось на фоне (наверно) окна между ванной и кухней. Наташа испуганно вытаращилась, подняв взгляд выше своего роста сантиметров на двадцать. Белая, как старомодная простыня, занавеска со стороны кухни колыхалась, словно от окна только что кто-то отошел… Это было так странно, ведь занавеска закреплена и сверху, и снизу, и по всем четырем углам… Может, сквозняк…