Читаем Осколки прошлого полностью

Аронт меня чуть не прибил, за то, что я бегала по городу со сломанной рукой, но все же напичкал меня всевозможными зельями, магией 'наживил' кость, туго забинтовал и отправил спать наверх, в мою же собственную комнату. Сил хватило только на то, чтобы снять с себя грязную, окровавленную и пропахшую потом и гарью одежду, сложить оружие на подоконник и бухнуться спать, не успев умилиться даже любимым тапочкам, стоящим, как и прежде, у моей кровати. Единственное, о чем успела подумать, так это о том, что не вмешайся Киртан, все бы было намного сложнее. Но думаю, мы бы и так справились, Шайтанар не тот, в ком стоит сомневаться. С мыслью о синеглазом эрхане я и уснула, подозревая, что буду улыбаться во сне.

А за окном уже день вошел почти в свои права… новый день, новая жизнь для Эллидара. Нет, для всей Аранеллы. Теперь уж власть никогда не вернется в руки Гильдии Магов — правительство всех рас об этом позаботиться. Этот фарс давно нужно было прекратить, но не хватало последнего толчка. Им и стало желание вампира во что бы то не стало убить меня. Но кто ж мог предположить, что вредная магичка не только не захочет умирать, но и в свое время обзаведется крайне полезными и сильными друзьями? Но кто-то об этом знал, правда, кто это был, раскроется еще очень не скоро.

Шайтанар сейт Хаэл

— Может, ты теперь мне объяснишь, что происходит между тобой и Хелли? — в лоб задал вопрос Киртан, когда мы, наконец, после всего этого хаоса, что творился всю ночь и весь день в Эллидаре, остались наедине в кабинете, который любезно предоставил нам Холлимион, и даже принес бутылку вина. Хотя я бы сейчас не отказался выпить чего-нибудь покрепче Ант'турина, разговор предстоял не из легких.

Мне предстояло убедить друга, что Хеллиана Валанди отныне является не только его Равной, но и моей. И что я уже практически всерьез намерен на ней жениться. Последняя мысль посетила меня относительно недавно, когда Таилшаэлтен сообщил, что мой демоненок разгуливает по Эллидару со сломанной рукой и полупустым резервом, но при этом она еще и умудрилась притащить в Академию еще пару-тройку магов. Самому за ней идти было нельзя, так как мы с Киртаном практически добрались до особняка, неподалеку от академии, в котором скрывалась главенствующая верхушка Гильдии магов. И я отправил того, кто первым попался под руку, им оказался Хантар де Шан.

— Она согласилась стать моей, Кирт, — я опустился в кресло и позволил себе торжествующую усмешку, — И я ни к чему ее не принуждал. Согласие на метку она дала сама, и она вполне осознавала, что она делает.

— Она ребенок, Танар! — в глазах ятугара вспыхнула ярость, — Ей было сложно не поддаться твоим чарам.

— Ребенок, — спокойно согласился я, разливая вино по кубкам, — Но все же я увидел в ней молодую женщину, которая нуждается в защите. Ты ведь сам хотел, чтобы я о ней позаботился? Я сдержал свое слово, Киртан. Она в целости и сохранности, и даже не тронута ни одним мужчиной, в том числе и мной. Это тебя беспокоит?

— Это, и не только, — друг сел в кресло напротив, и пригубил вино, раздраженно рассматривая интерьер кабинета, — Ты же мне говорил, когда впервые ее увидел, что ничего особенного в ней нет! Ты относился к ней с презрением, ты почти ненавидел ее! Что изменилось, Танар?

— Скажем так: она единственная, кто меня не боялась, — я хмыкнул, и отпил вина, наблюдая за реакцией друга. Впрочем, я достаточно хорошо его знал, чтобы предугадать его мысли. Он явно сейчас вспоминал о нашем споре.

— Наверняка ей это тяжело далось, — вздохнул ятугар, откинувшись на спинку кресла, — Думаю, подробности мне знать не стоит?

— Думаю, с этим вопросом тебе лучше обратиться к ней самой, — чуть пожал я плечами, — Если захочет, то расскажет. Скажу лишь одно: отказываться от своего демоненка я не намерен.

— Ты знаешь, что именно она воскресила Селениэль? — неожиданно спросил Князь, не отрывая от меня внимательного взгляда. Он что, надеется таким образом отбить у меня желанием обладать девушкой, которая перевернула всю мою жизнь? Девушкой, одну которую я умудрился полюбить за две с половиной тысячи лет?

— Знаю, и давно, — я с удовольствием заметил растерянность на лице ятугара после своих слов, — И я чуть не убил ее за это. Но сдержался, помня об обещании, которое имел глупость дать тебе. Ведь именно это обещание заставило все узнать о ней, в том числе и то, что для остального мира Хеллиана Валанди была мертва… до недавнего времени. Свое собственное любопытство и упырево обещание заставило меня вникнуть в суть ее проблем, узнать, что случилось между ней и братьями де Рен. Если бы не обещание, я бы никогда не стал интересоваться загадкой по имени Хеллиана Валанди. И разгадав ее всего лишь на половину, я понял, что не хочу разгадывать ее до конца, но и не хочу ее терять. Она моя, Кирт. Прости.