Читаем Осколки маски полностью

— Как ни странно, — развела она руками. — И я говорила о конкретной ситуации, а не в целом. Именно из-за того, что Патриарх у нас, он и стал бы играть в свои игры. Попади Казуки к любому другому роду, и император только руки бы потирал. Ведь надавить можно на любого. Даже на клан. Если знать как и соблюдать правила. Пусть и не лично, но он поспособствовал, чтобы клан Асука в свое время отказал Отомо и Тайра. Я об этом знаю только потому, что хорошо знакома с императорской семьей. Правда, Асука перегнули с выражением отказа, но это уже их проблемы. Ты вот, помнится, обмолвился как-то, что наша связь с императорским родом идет нам только в минус. Мол, от нее лишь проблемы. Но кто еще, кроме нас, может отказать императору в просьбе, порой настойчивой, и быть уверенными, что за это ничего не будет? Да никто. Император ничего нам не сделает, и только нам. Представь, что ему не нужно примирение Асука с Отомо и Тайра. Ты Патриарх, ну или у тебя Патриарх и ты не Аматэру. У тебя есть возможность их примирить, у тебя есть долг, чтобы желать это сделать, но тут — раз, и император просит завернуть идею. А если не прислушаешься к просьбе… — замолчала она многозначительно. — Так что благодари богиню, что ты именно Аматэру. А император… Ну а что ему еще-то остается? Мы, может, порой и рады помочь, но просто не можем, а вот отказать очень даже.

— Ну… — не знал я что и сказать. — Логично. Под этим ракурсом я на ситуацию не смотрел.

— Я потому тебе и говорю постоянно, что все непросто в отношениях Аматэру и императорского рода. В семейных отношениях вообще частенько все непросто. Это со стороны кто-то может посмотреть и сказать, что если брат отказал тебе в чем-то, то какой он вообще тогда брат? Только вот подноготную истории этот некто не знает. Брата не знает, тебя не знает, ничего не знает. Лишь факт отказа. Император, кстати, даже с детьми Патриарха не сможет нас ограничить, хотя тут его лучше послушать.

— А что с этим не так? — спросил я с подозрением.

— Патриархов ограничивают с количеством детей. Ты разве не знал? — приподняла она брови в удивлении.

— Первый раз об этом слышу, — ответил я.

— Ну теперь знаешь, — пожала она плечами.

— А на фига их ограничивать? — не понял я. — Ведь чем больше в стране Виртуозов…

— Тем больший шанс наступления хаоса, — прервала она меня. — Я даже не беру во внимание страх других стран, ты просто сам попробуй представить, что будет, если в стране появится пара сотен Виртуозов. Сколько пройдет времени, пока они не начнут драться между собой? Как только какое-то оружие становится нормой, его начинают активно применять. Но это если оружие равномерно распределено. А сотня Виртуозов в одном роду и вовсе никому не нужна. Такое даже нам не позволят. Не император, а общество страны. И это не только у нас, ты глянь на Англию. Там правители тоже не дураки — сколько у них уже Алдер? И где сотни английских Виртуозов?

— То есть получается, — произнес я задумчиво, — что обнародуй мы наличие у себя двух Патриархов, то никто от такого факта и не почешется? Количество-то детей в любом случае будут контролировать?

— Получается так, — кивнула она. — Хотя два Патриарха в одной стране, да еще и в одном роду, — это уникальная ситуация. И я не возьмусь гадать, что из этого выйдет. Но в теории — да, лично я не сильно бы волновалась.

— А императорский род? — спросил я. — Их-то никто сотнями Виртуозов попрекать не будет.

— Они традиционно универсалы, — пожала плечами Атарашики. — Хотели бы больше Виртуозов — обучались бы только одной стихии. Для императорского рода важны люди как таковые, с их камонтоку большего и не надо. Но даже если бы они пожелали большего… — задумалась она. — Скажем так: пока в памяти не стерся прошлый сегунат, имперская аристократия не будет пробовать организовать следующий. Воевать со всеми кланами страны никому не хочется. А вот по-тихому вырезать, такое они могут попробовать. Не всех, естественно. Да и для правления из тени не обязательно нужен сегунат.

— Понятно… — пробормотал я. — Но с этим ограничением на детей нехорошо получается. Не люблю ограничений.

— Никто не любит, — пожала плечами Атарашики и, усмехнувшись, добавила: — Но ты сам-то хотел бы видеть в стране сотни Виртуозов? А трахаться день и ночь? Стал бы? Как по мне, в таком ограничении нет ничего страшного. Даже где-то наоборот.

На этот день у меня ничего больше не было запланировано, так что, допив чай, я отправился переодеваться в домашнюю одежду, после чего вновь окопался у себя в кабинете. Мелькнула мысль позвонить Райдону да сгонять куда-нибудь отдохнуть, но как мелькнула, так и пропала — с Рэем мы все равно завтра встречаемся. По идее, я должен был послезавтра уезжать обратно в Малайзию, но как оно теперь сложится, не знаю. Надеюсь, император не будет затягивать с приглашением.