Читаем Ошибки рыб полностью

Прискакали пожарные, принеслись милиционеры, примчались бы и эмчеэсовцы, да, как известно, пока не образовались. Газ отключили до вечера, воду тоже, свет заодно. По умолчанию, грозный взор на нас метнув, АХЧ объявил нашу потаенную залу институтской лабораторной вотчиной. К ночи привезли отец с братом кирпичи, при детективном свете карманных фонариков заложили мы дверь в залу, назавтра явился знакомый штукатур, забудьте всё, стена как стена, прощайте, воспоминания. Мать поставила возле бывшей двери в утерянную кухню своей мечты этажерку с цветами, бумажные кладбищенские на самом верху, слезы утерла, вздохнула с облегчением, вот мы опять честные люди, чужой кубатуры не присвоившие, и нечего нам скрывать.

Свет загорелся, вода пошла, отшипев, отплевались краны, заголубели незабудки газовых горелок, закипел чайник, зазвонил телефон, на его изменившийся голос так кинулся я в прихожую, что чуть шкаф не сшиб, то была Доротея, она уезжала на каникулы домой в Болгарию, звонила перед отъездом, никто не брал трубку, телефон ремонтировали сутки, а мы и не заметили.

— На нашей кухне потолок обрушился.

— Но вас не задело? Вы здоровы? Ты здоров?

— Я соскучился, Доротея, не знал, увидимся ли.

— Увидимся завтра, хорошо?

— Лучше сегодня.

Вся семья моя в дверях стояла, глядели на меня, я всегда стеснялся, они дивились, что я говорю при них, что я так разговариваю с невидимой девушкой, а мне было все равно, пусть слушают.

— Я люблю тебя.

Она молчала.

— Я предлагаю тебе руку и сердце. Делаю тебе предложение.

Она молчала. Мои тоже все молчали.

— Доротея, ты выйдешь за меня замуж?

И она ответила:

— Да.