Льюис Ламур

ОШИБКА МОЖЕТ СТОИТЬ ЖИЗНИ

Ма Редлин оторвала взгляд от печки, где готовила еду.

— Где Сэм? Он еще не вернулся?

Джонни вытер ладони о штаны.

— Он не приедет к ужину, Ма. Он уехал.

Па и Элси смотрели на него, и Джонни заметил, как сурово напряглись морщину у глаз и уголков рта Па. Ма озабоченно взглянула на него, но когда Па ничего не сказал, отвернулась к плите. Джонни обошел стол и уселся напротив Элси.

Протянув руку за кофейником, Па посмотрел на Джонни.

— Он был один? Или опять с этим никчемным Элби Боуэром?

Джонни не умел ни врать, ни рассказывать сказки. Неохотно он ответил:

— Он был с кем-то. Я не разглядел с кем.

Редлин фыркнул и поставил чашку на стол. Джо Редлину не нравилось, что его единственный сын связался с такими типами как Элби Боуэр. В Пенсильвании и Огайо Редлины были порядочными, богобоязненными гражданами, а Бауэр всю жизнь был обормотом и черт-те знает из какой семьи. Последние время у него завелись деньги, но он утверждал, что выиграл их в салуне Дегнера «Четыре звезды».

— Тогда я еще раз его отругаю, — строго сказал Редлин. — Я не потерплю, чтобы мой сын шатался с компанией из «Четырех звезд». Шайка воров, вот они кто.

Ма обеспокоенно взглянула на него. Она была миловидной полной женщиной с круглым лицом и пухлыми щеками. Отличительной ее чертой было добродушие.

— Только не повторяй этого за стенами дома, Джо Редлин. Этот Лосс Дегнер — настоящий ганмен, и он с удовольствием пристрелит тебя, после того, как ты отобрал у него Элси.

— Я его не боюсь, — ровно ответил Редлин.

Джонни знал, что это правда. Джо Редлин не боялся Дегнера, но избегал его, потому что был когда-то фермером, теперь — владельцем небольшого ранчо, но никогда не был бойцом. Лосс Дегнер был очень плохим человеком и не скрывал этого. Его салун «Четыре звезды» был постоянным прибежищем «крутых» ребят, а сам Дегнер убил уже двоих с тех пор, как Джонни появился здесь, и избил еще с полдюжины.

Не в правилах Джонни было комментировать слова Редлина-старшего, но в душе он знал, что старик прав. Однажды он даже предупредил Сэма, но тот только разозлился на младшего по возрасту парнишку.

Сэму скоро исполнится двадцать один, а Джонни было лишь семнадцать, но родители Сэма берегли сына, и он всегда жил под покровительством Па Редлина. Джонни же выполнял мужскую работу с тех пор, как ему исполнилось тринадцать лет. Он сам себя защищал, прокладывая путь в этом жестоком мире.

Джонни также знал то, о чем Элси лишь догадывалась: Сэма Редлина в «Четыре звезды» влекла рыжеволосая певичка Дегнера по имени Хейзел. Ходили слухи, что она была женщиной Дегнера, и Джонни Сэму так и сказал. Сэм Редлин пришел в ярость и, развернувшись, поднял кулак. Однако что-то в глазах Джонни заставило его остановиться, и хотя Сэм потом не признавался даже самому себе, он испугался.

Как и Элси, Джонни случайно попал на ранчо «Р-Бар». Полуживой от воспаления легких, он подъехал к его дверям на своем вороном жеребце, и благодаря гостеприимству Редлинов получил постель и лучший уход на границе освоенных территорий, который мог ожидать. А когда поправился, то чтобы рассчитаться, начал на них работать. Затем остался на весенний сбор скота за месячное жалование в сорок долларов.

Он о себе не рассказывал, а они не спрашивали. Он был некрупным, ниже среднего роста юношей, но широкоплечий и жилистый. Копна его каштановых волос вечно нуждалась в стрижке, а в зеленых глазах таилось добродушие. Двигался он с обманчивой медлительностью, однако в любой работе был спорым помощником с умелыми руками. Джонни не требовалось говорить, что надо делать. Еще до того, как он окончательно поправился и сел в седло, он починил повозку, вычистил и укрепил берега ручья, поставил новые дверные петли и вычистил все оружие в доме.

— Завтра мы получим деньги с Уолтерса, — неожиданно сказал Редлин. Потом я сделаю взнос за ранчо Спрейга и посажу туда Сэма. Когда у него будет, о чем заботиться, он возьмется за ум и примется за работу.

Джонни молча смотрел в тарелку, вдруг потеряв аппетит. Он знал, что это означало, потому что Джо Редлин давно хотел женить сына на Элси и поселить их на отдельном ранчо. Джонни поднял глаза, взглянул на Элси, и горло у него перехватило. Серые глаза встретились с ним взглядом, задержались, что-то выискивая, и ушли в сторону. Джонни смотрел, как у нее в волосах играет желтый свет лампы, придавая пепельно-белокурому цвету оттенок антикварного золота.

Он отодвинулся от стола, извинился и вышел на залитый лунным светом двор. Он жил в закутке, который соорудил в углу амбара. Редлины поначалу возражали, пытались уговорить ночевать в доме, но он не мог находиться рядом с Элси и, как и всякий одинокий человек, нуждался в уединении. Каморка имела еще одно преимущество — конь постоянно находился под рукой, а Джонни не знал, в какой момент он может опять ему понадобиться.