Читаем Осень на Луне полностью

А потом Лунный Заяц долго смеялся над людским суеверием, что нет, мол, ничего быстрее мысли.

Мысль быстрая летит всего быстрей,Но если скорость есть у ней,То значит время нужно ей.И время шло, трудилась мысль моя, —Из пункта «я» в – «не я» стремился я,Но «я» сидело у руля,И в пункте «я» я до сих пор —На мысленном пути затор.Не обойтись без озаренья…Живу давно, и до сих порВсе жажду откровенья.

– Да, да! Я жажду, жажду! – вскричал вдруг Данет Яснетов.

Мы так обрадовались его весьма обоснованному желанию, что не поленились преподнести ему кувшинчик лунного вина.

Пить или не пить – да или нет, как поступить, если ясности нет?

Но Данет выпил и отважился говорить.

Как Дух поймать, в какие клети?Я мыслю новую Тюрьму…Грустит философ, и смеются дети…Где Радость, неподвластная уму?«Где хочет, там и дышит».Не хочет здесь, а хочет там,За стенами, над крышей —Поближе к Солнцу, к Небесам…Дух Жизни дышит вольно.Миг озарения, постой!Болит мой ум, и мыслям больно…

– Ой! Выпей еще кувшинчик! – перебил Яснетова Заяц. – От ума помогает», – и поделился с нами секретом бессмертия.

Секрет бессмертия

Конечным мерить Бесконечность —Для этого, нужна нам Вечность!Быть метром – Мэтром для всего,Что можно выудить из Ничего.А если перестанешь мерить,От слова «смерить» – смерть!Что мерил, тем и жил,Потом у мер того, что смерил —Умер.Неизмеримое – вот истинное Нечто,Что можно мерить вечно.

Да, такие яркие звезды осенью на Луне, и бесконечная Вселенная вокруг, и вина у нас море…

Но я вспоминаю Землю, мои леса, и ту далекую осень в марийской тайге…

Прощание с Илетью

И дым уплыл по реке,Пуста глазница костра.Колючая лапа в руке,От инея хвоя остра.Прощай, не забуду! ПамятьВ темно-зеленый окрашу,Елки машут ветвями,Елки машут, машут…Иду иль теку усталоВ своем замерзшем русле,Ляжет на грудь одеяло,Звонкое, словно гусли.Река затянется льдом,Затянет холодом рану,Уйду в сверкающий дом,Кристаллом прозрачным стану.

Где она – та осень? Где-то там, далеко, на Земле…

Здравствуй, Лес, я вернулся,Я не расстался с ружьем.Дай надышаться сырыми туманами,Дай умыться холодным дождем,Под осенними тучами рваными…

С ружьем я давно расстался, теперь даже собаки нет, одни воспоминания и – лунная пыль.

Зима в парке

Зиме навстречу старые деревья,Как дети, тянут руки —Простое и безмерное доверье…Она пришла их убаюкать.Ко сну одела так нарядно,Заботливо укрыла ноги-корни,И будет охранять, и будет рядом,Чтоб спали долго и спокойно.Вот пискнул поползень, бежит,Как первый мимолетный сон,От слез осенних ель еще дрожит,Больного дуба слышен стон…Но ближе бледное лицо —не бойтесь, спите…И снег идет и все сильней:Волос седых сплошные нитиТеплом и нежностью окутали детей.

Где Друзья, где походы?

Перейти на страницу:

Похожие книги

Авиатор
Авиатор

Евгений Водолазкин – прозаик, филолог. Автор бестселлера "Лавр" и изящного historical fiction "Соловьев и Ларионов". В России его называют "русским Умберто Эко", в Америке – после выхода "Лавра" на английском – "русским Маркесом". Ему же достаточно быть самим собой. Произведения Водолазкина переведены на многие иностранные языки.Герой нового романа "Авиатор" – человек в состоянии tabula rasa: очнувшись однажды на больничной койке, он понимает, что не знает про себя ровным счетом ничего – ни своего имени, ни кто он такой, ни где находится. В надежде восстановить историю своей жизни, он начинает записывать посетившие его воспоминания, отрывочные и хаотичные: Петербург начала ХХ века, дачное детство в Сиверской и Алуште, гимназия и первая любовь, революция 1917-го, влюбленность в авиацию, Соловки… Но откуда он так точно помнит детали быта, фразы, запахи, звуки того времени, если на календаре – 1999 год?..

Евгений Германович Водолазкин

Современная русская и зарубежная проза
Год Дракона
Год Дракона

«Год Дракона» Вадима Давыдова – интригующий сплав политического памфлета с элементами фантастики и детектива, и любовного романа, не оставляющий никого равнодушным. Гневные инвективы героев и автора способны вызвать нешуточные споры и спровоцировать все мыслимые обвинения, кроме одного – обвинения в неискренности. Очередная «альтернатива»? Нет, не только! Обнаженный нерв повествования, страстные диалоги и стремительно разворачивающаяся развязка со счастливым – или почти счастливым – финалом не дадут скучать, заставят ненавидеть – и любить. Да-да, вы не ослышались. «Год Дракона» – книга о Любви. А Любовь, если она настоящая, всегда похожа на Сказку.

Вадим Давыдов , Валентина Михайловна Пахомова , Андрей Грязнов , Мария Нил , Юлия Радошкевич , Ли Леви

Детективы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Фантастика / Научная Фантастика / Современная проза
Шантарам
Шантарам

Впервые на русском — один из самых поразительных романов начала XXI века. Эта преломленная в художественной форме исповедь человека, который сумел выбраться из бездны и уцелеть, протаранила все списки бестселлеров и заслужила восторженные сравнения с произведениями лучших писателей нового времени, от Мелвилла до Хемингуэя.Грегори Дэвид Робертс, как и герой его романа, много лет скрывался от закона. После развода с женой его лишили отцовских прав, он не мог видеться с дочерью, пристрастился к наркотикам и, добывая для этого средства, совершил ряд ограблений, за что в 1978 году был арестован и приговорен австралийским судом к девятнадцати годам заключения. В 1980 г. он перелез через стену тюрьмы строгого режима и в течение десяти лет жил в Новой Зеландии, Азии, Африке и Европе, но бόльшую часть этого времени провел в Бомбее, где организовал бесплатную клинику для жителей трущоб, был фальшивомонетчиком и контрабандистом, торговал оружием и участвовал в вооруженных столкновениях между разными группировками местной мафии. В конце концов его задержали в Германии, и ему пришлось-таки отсидеть положенный срок — сначала в европейской, затем в австралийской тюрьме. Именно там и был написан «Шантарам». В настоящее время Г. Д. Робертс живет в Мумбаи (Бомбее) и занимается писательским трудом.«Человек, которого "Шантарам" не тронет до глубины души, либо не имеет сердца, либо мертв, либо то и другое одновременно. Я уже много лет не читал ничего с таким наслаждением. "Шантарам" — "Тысяча и одна ночь" нашего века. Это бесценный подарок для всех, кто любит читать».Джонатан Кэрролл

Грегори Дэвид Робертс , Грегъри Дейвид Робъртс

Триллер / Биографии и Мемуары / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза