Читаем Осень ацтека полностью

Наверное, логично было бы ожидать, что по мере продвижения нас пятерых всё дальше и дальше на северо-запад мои призывы будут восприниматься всё с меньшим воодушевлением и большим недоверием. В столь отдалённых землях Сего Мира располагались лишь маленькие, далеко отстоящие одно от другого, почти изолированные поселения. Очевидно, у их жителей не было ни охоты, ни необходимости торговать с соседями или хоть как-то с ними общаться. В результате контакты между племенами сводились по большей части (как это было и в тех поселениях, которые мы посетили ранее) к вооружённым стычкам, обычно возникавшим по поводам, которые более цивилизованные люди сочли бы пустяковыми.

Даже многочисленные племена страны рарамури — это название означает «быстроногие» — похоже, не забегали слишком далеко от своих деревень. До большинства их вождей доходили лишь смутные слухи о том, будто бы какие-то чужаки из-за Восточного моря вторглись в Сей Мир и покорили его часть. Однако некоторые из них полагали, что если даже такие россказни и имеют под собой основу, то случившееся в столь дальних краях никак их не касается. Другие же вообще решительно отказывались верить подобным толкам. Ну а под конец наша маленькая группа добралась до земель, где рарамури вообще ничего не слышали о белых захватчиках, и когда мы говорили им даже не о вторжении, а просто о существовании целых орд одинаковых белокожих людей, многие покатывались со смеху.

Однако при всём этом равнодушии, скептицизме и откровенном неверии пополнение для моей армии находилось даже в самых отдалённых краях. Уж не знаю, приписывать ли это моему дару убеждения, или тому, что воинственным дикарям надоело драться с соседями и захотелось встретить новых врагов, или же просто нежеланию некоторых людей киснуть в своём захолустье, — в конце концов, причина не имела значения. Главное, что они взяли оружие и направились на юг к Шикомотцотлю.

* * *

Земли рарамури были самыми северными, жители которых имели хотя бы отдалённое представление об ацтеках и мешикатль, и последними, где путешественники могли рассчитывать на радушный приём или хотя бы на простую терпимость.

Когда мы обогнули грандиозный водопад, восхищаясь его величием, Г’нда Ке сказала:

— Этот каскад называется Баса-сеачик. Он служит границей страны рарамури и, кроме того, является самым дальним рубежом земель, которые мешикатль в расцвете своего могущества объявили находящимися под их владычеством. Если мы пойдём вдоль берега реки ниже этого водопада, мы уже окажемся в землях йаки и должны будем двигаться с величайшей осторожностью. Г’нду Ке не особо волнует, что может сделать с вами странствующий отряд охотников йаки, но ей не хочется, чтобы они убили её, прежде чем она успеет приветствовать их на своём родном языке.

Поэтому дальше мы двигались украдкой, чуть ли не так же, как пришлось нам с Уалицтли пробираться через кустарник, когда мы сбежали из Компостельи. Правда, эти меры предосторожности оказались совершенно напрасными. На протяжении трёх или четырёх дней мы не встретили решительно никого, а затем лесистые горы остались позади, а перед нами раскинулся край пологих холмов, покрытых чахлой растительностью. На одном из них мы увидели первых йаки, охотничий отряд из шести человек. Те тоже нас заметили и, видимо, не бросились на нас лишь потому, что Г’нда Ке обратилась к ним на их наречии. Уж не знаю, что именно она им сказала, но охотники не сдвинулись с места, а когда она, впереди нашего отряда, направилась к ним, чтобы представиться, смотрели на неё холодно.

Г’нда Ке продолжала что-то втолковывать им на своём неблагозвучном — сплошь хрюканье, цоканье и бурчание — языке. Однако охотники по-прежнему ей не отвечали, нас же удостоили лишь холодным взглядом. Правда, и никакой агрессии тоже не проявляли, поэтому, пока Г’нда Ке продолжала тараторить, я воспользовался возможностью, чтобы как следует их рассмотреть.

Лица у них были мужественные, а тела крепкие и мускулистые, но вот по части нечистоплотности йаки недалеко ушли от наших жрецов, да и волосы у них оказались такими же длинными, сальными и спутанными. Поначалу я было решил, что всю одежду обнажённых по пояс охотников составляют юбки из лохматых звериных шкур, но потом стало ясно, что это волосы — такие же длинные, как у них самих, и гораздо длиннее, чем мех любого дикого животного. То были человеческие волосы: высушенные скальпы, прицепленные к обмотанным вокруг талии верёвкам. Здесь же вместе со скальпами болтались подвешенные за хвосты тушки добытых на сегодняшней охоте зверьков. Стоит заметить, что всякого рода мелкой дичи в здешних краях полно, и йаки находят её съедобной, но более всего их мужчины любят мясо сумчатых тлекуачи. Оно очень жирное, а жир, по местному поверью, придаёт выносливость, столь необходимую в охотничьих походах или боевых набегах.