Читаем Оружейный барон полностью

Каучуковый шланг (который на «Лозе» заменили парусиновым), отводивший пар в канистру-конденсатор, мы убрали. Толку от них было мало, а тактическое перемещение пулемета по полю боя они сильно ограничивали. Но в бронированных установках или ДОТах, там, где пулемет работал бы неподвижно, мы эту систему рекомендовали и заглушку для нее на кожухе оставили.

С семисот рабочих часов на один пулемет по расчетам «Лозе» мы сократили до двухсот сорока. Это еще без учета конвейера. Там большая часть рабочих часов уйдет в подготовительные службы, зато сама сборка будет быстрой, как у Форда. Успевай только детали подносить. И вот для этого-то все детали и должны быть взаимозаменяемые, а не подгоняемые по месту напильником в каждом пулемете индивидуально. Но на всякий случай в ОТК[21] ввели за правило все детали одного пулемета одинаково нумеровать гравировкой. (Дошло такое до меня, когда случайно в одной пехотной части нашел гравера, который до войны поздравительными надписями на подарках промышлял.)

В результате островной уродец, да и недалеко ушедший от него по красоте «Лозе» и не сравнить было с нашим изящным пулеметом, очень похожим на русский «максим» образца 1940 года. Только станок Соколова на колесах мы делать не стали, хотя такую патентную заявку на фамилии нашей «водяной» группы подали — пусть ребята подзаработают. А готовую треногу от «Гочкиза» сделали универсальной. Вплоть до того, что на нее можно с легкой модификацией ставить любой пулемет, в том числе и ручной через хомут-адаптер. Пусть в ГАУ порадуются.

Результат не заставил себя ждать — общий вес «водяного» станкача на треноге не превысил 51,5 килограммов и была еще некоторая фора для облегчения конструкции. По сравнению с 220 килограммами системы «Лозе»… даже хвалить себя уже устали.

В заявке на модернизацию в Главное артиллерийское управление гордо указали в названии «6,5-миллиметровый станковый пулемет водяного охлаждения системы Гоч-Лозе». Вдогонку кучу заявок выслали на патенты, связанные с этой модернизацией.

И пусть в «Лозе» попробуют хоть что-то оспорить. Поверенный Гоча привел к нам еще парочку кусачих зубров, уже бивших копытами, кого бы порвать в суде. Опыт у этих пожилых уже крючкотворов был колоссальный. Гоч называл их «дышловёртами». И чтобы они не простаивали, я нагрузил их женским поясом для чулок, термобигудями и керогазом.

Выявилась неприятная особенность в самой системе «Лозе» — недостаток энергии отдачи ствола для непрерывного автоматического перезаряжания пулемета в нашем малом калибре. Ствол временами не отходил на нужное расстояние, и требовалось вручную устранять задержку. Гоч нашел выход — увеличил площадь дульного среза ствола и на кожух смонтировал оригинальный надульник с пламегасителем. Пороховые газы стали сильнее отталкивать ствол от надульника, и отдачи стало хватать на автоматику с избытком.

Модернизировали даже холщовую ленту, поставив через три проклёпки одну пластину, выступающую за ленту холста длиной с патрон — это чтобы лента при стрельбе протягивалась ровно и не перекашивала. Тут от латуни избавиться не удалось.

Также поставили на пулемет простую, свободно вращающуюся катушку перед лентоприемником, с креплениями, как на ствольную коробку, так и на щит. Кому как будет удобнее.

Простые вроде бы вещи, но в моем мире до них десятилетиями доходили.

Парней, которые своими руками ваяли технологическую карту и модернизацию пулемета, мы и сами деньгами солидно премировали, и во все патентные заявки их по этому пулемету включили. И в качестве поощрения тут же заказали им аналогичную работу с ручным пулеметом. С перспективой вывода и его на конвейерную сборку. Напоследок оформили эту временную группу толковых инженеров как постоянный заводской Отдел новых технологий.

Засыпая, я подумал, что пора патентовать штангенциркуль. Давно пора…

С рассветом меня растолкал Гоч.

— Савва, я придумал, — осклабился он в счастливой улыбке. — Мы можем пока делать пистолетные магазины из латунного листа. Все равно они в рукоятку вставляются и от деформации, таким образом, защищены. И от пулемета «Лозе» мы латунь дико экономим, а ресурсы нам уже выделены, — подмигнул мне он.

— Что еще ты придумал? — Я не удержался и зевнул во всю пасть. Спать хотелось ужас как.

— Не придумал, а просчитал. Для производства, использования и обслуживания пулемета системы «Лозе» в нашем варианте требуется дюжина солдат на фронте и шесть десятков в тылу. На наш станковый «Гочкиз» лишь немногим меньше — девять на фронте и сорок пять в тылу. Не понимаю, зачем нужно ставить на вооружение две такие близкие системы?

— Наш генералитет просто не кладет все яйца в одну штанину, — ответил я, отзевавшись. — Вот увидишь, они и к нам придут за откатом.

— За каким откатом? — не понял Гоч.

— С протянутой рукой и оттопыренным карманом. Но тут их ждет облом, потому как у нас свой посредник есть между нами и казной — сам кронпринц. А он наш партнер по заводу, как ты помнишь. Так что взяток у самого себя он требовать не будет.

— А я все думал, зачем ты нам навязываешь высшую аристократию в командиту?