Стюард, он же проводник салон-вагона, который с полотенцем через локоть наливал нам в резные лиловые хрустальные стаканы выдержанное красное вино.

— Ох, командир, вижу, судьба тебя балует, и ты все ликом ее любуешься, — с завистью сказал денщик, поставив пустой стакан на стол.

— Да нет. Разок она мне тут и задницу показала, — промолвил я.

— И как? — поднял брови Тавор.

— Как показала, так и раком встала, — засмеялся я. — Сам же меня из тюрьмы забирал.

И отправив стюарда к себе, задал я захмелевшему денщику давно занимающий меня вопрос:

— Тавор, ты на меня самому Бисеру стучишь или помельче кому рангом? — и пристально посмотрел ему в глаза.

— Командир, да я… — попытался денщик божиться.

— Не врать! — прикрикнул я.

— Адъютанту Бисера, — сознался Тавор.

— Так-то лучше. Молодец. Продолжай дальше.

— Что продолжать, командир? — округлил он глаза.

— Стучать. Мне скрывать нечего. Кстати, какое у тебя настоящее звание?

— Гвардии унтер-офицер, — сознался Тавор.

— Кем до меня служил?

— Денщиком у королевского адъютанта. Но с вами мне нравится больше.

— Генерал тебе не наливал? — усмехнулся я.

— Наливал, но… выглядело это так, будто он дворовому человеку великую милость оказывал. — Вы меня не прогоните, командир?

— Нет. Ни к чему это. Уберу тебя, пришлют другого. Те же яйца, только в профиль. А к тебе я уже привык. Но… залезешь на няньку — женю, и согласия твоего не спрошу, — постучал я пальцем по столешнице.

— Зачем?

— Она сирота. Так что я теперь ее опекун. И по нашим горским законам за нее я должен зарезать охальника. Женитьба не самый плохой способ убить собственную жизнь. Так что твое спальное место в купе проводника. Верхняя полка. Первое купе занимаю я с женой. Второе — нянька с моим сыном. В самом салоне никто ночевать не будет. Да, кстати, а почему на эту роль выбрали именно тебя?

— Наверное, потому что я знаю рецкий язык.

Мягко хлопнул дверью стюард.

— Ваши милости, горячая вода в душевую комнату подана.

— На всех хватит? — поинтересовался я.

— Должно.

— Тогда первыми моются девочки и моют ребенка, — сказал я Тавору. — Потом я. За мной ты.

И повернулся к стюарду:

— Оповестите госпожу Элику и проводите ее в душевую.

4

Ночь провел вдвоем с женой на шикарной графской кровати в просторном купе. На холодящих шелковых простынях. Ох, и устроила она мне благодарение за предоставленный комфорт. С подвизгом, чего она явно стеснялась проявлять дома, в горах. А теперь отвязалась… Благо, стены и дверь графской спальни предусмотрительно изнутри оббиты толстым слоем конского волоса под зеленой кожей.

— У меня настоящее свадебное путешествие, — томно промурлыкала Элика, зарываясь носом мне под мышку и шумно, с наслаждением вдыхая запах моего свежего пота. — Как в сказках. Я днем от окна не могла отлипнуть. Только на кормление сына и прерывалась. Это не поезд. Это какой-то сказочный дворец на колесах. Только мне не понравилось, как этот мужик готовит.

— Вставай к плите сама.

— А то. У меня всяко лучше получится, — заявила гордо.

Не знаю я, чем жена недовольна, железнодорожная еда в исполнении стюарда была вовсе даже не плоха.

— Начни с завтрака, — подначил я ее. — Поридж, тосты с джемом, яйца-пашот и кофе с кориандром.

— Че-э-э-э-го? — вскинула она голову.

— Меню на завтрак, уже утвержденное мной.

— А если я что другое захочу?

— Тогда за завтраком выдашь свои предпочтения стюарду на целый день. Он запишет и в точности исполнит.

— Все так сложно?..

— Ну а как же? Ему надо продукты подготовить, сама готовка занимает определенное время, и подать к заявленному сроку.

— Я так не привыкла.

— А ты как думала, что люди везде будут жить, как ты привыкла у себя на высокой горе? Не-э-э-эт… Это тебе придется менять свои привычки в соответствии с ожиданием нашего окружения. Так что после завтрака будешь с нянькой учиться пользоваться приборами, а то за ужином ложку держала в кулаке. И это жена королевского флигель-адъютанта? Да я со стыда сгорю.

— Неправда твоя, ложки не было! Зачем он надо мной издевается? Три ножа и три вилки положил. Как будто одной недостаточно.

— Три блюда в перемене. Каждое едят своей парой ножей и вилок.

— И ты их все знаешь?

— А то! Настоящий офицер его королевского величества лейб-гвардейской артиллерии всегда держит вилку в левой руке… а котлету в правой!

— Ты это знал раньше? В своем мире ушедших богов?

— Знал. Только ты про мир ушедших богов не говори никому. Не стоит. Пусть это будет наша маленькая тайна. Одна на двоих.

Да… как вспомню свой первый настоящий поход в гости в студенческом качестве в Москве, так до сих пор краска стыда заливает лицо. Банкет проходил в хорошем ресторане по всем правилам с предупредительными официантами. Нет, никто меня за незнание застольного этикета не гнобил, но веселые переглядки остальных гостей и хозяев были весьма красноречивые. Пришлось срочно брать уроки у людей знающих. Оказалось все до безобразия просто. Бери те приборы, которые с краю. Не хочешь какой-либо перемены, положи крайние приборы на пустую тарелку — унесут.

— А ты споешь мне «Вечную любовь»? — неожиданно попросила Элика.

— Спою.

— Сейчас!

— Ночь же…