Влад Тарханов
В селе Колычеве какой-то неизвестный бизнесмен пожертвовал значительную сумму на восстановление храма. Говорили, что это был кто-то из местных, но кто точно, так никто и не узнал.
Винница 2009-2010.
Это первая часть цикла "Мизерере". В этом романе речь идет о наследии известного ученого и изобретателя Николы Тесла. В конце двадцатого века в посольство СССР в США обратился человек, который имел доступ к самым секретным материалам по изобретениям Николы Тесла. Вот только условия сотрудничества он выставил несколько необычные.
В мире многое может измениться, если теория вероятности окажется сломанной игрушкой. А если кто-то способен это делать? И почему именно этого человека стараются найти представители страхового бизнеса?Это вторая книга проекта "Мизерере". Проект, посвященный поиску необычного и скрытого. Тайн, которых не было, или нет, или не будет.
У очень богатого человека крадут дочку. Ну и что? Киднепинг – старый промысел, РІРѕС' только сейчас все намного сложнее. Этот человек перешел дорогу РєРѕРјСѓ-то очень влиятельному. Теперь дочке придется умереть. А еще ее смерть покажут по Р
Какой беспокойный бизнес – покупать интеллект. Точнее, герой произведения скупает заявки на патенты, но… до того, как они попадут к патентному поверенному и Р±СѓРґСѓС' запатентованы. Р'СЃРµ элементарно. Р
Малыш плакал посреди торгового центра, и она не смогла пройти мимо. Он приехал забрать сына и не узнал ее.Они встретились семь лет назад, и тогда он так и не назвал своего имени.Они встретились семь лет спустя, и он ее не узнал. Зато теперь она узнала, как его зовут.Семь лет назад она спасла ему жизнь. Сейчас она должна спасти его бизнес. А что он должен ей?
Тала Тоцка
В палате тихо. Она без сознания. На лице — кислородная маска. Присаживаюсь рядом, ложусь лицом на её живот.— Ненавижу тебя, Кошкина… — задыхаясь шепчу я, сжимая прохладные пальцы. — Нахрена ты опять появилась в моей жизни?..В груди болезненно взрывается сверхновая, оглушая пробудившимися снова чувствами.Это финиш… Я снова влип. Пристрелите меня, я хочу лечь рядом и получить свою порцию обезболивающего.Её ресницы медленно распахиваются. Взгляд плывет…— Кошкина… — сглатываю ком в горле. — Аленка — моя дочь?Непослушной рукой срывает с себя кислородную маску.— Исчезни… Айдаров… она только моя…
Янка Рам
В королевской семье и радость, и горе. Родились двойняшки — неслыханное дело. Одна из них, похоже, больна. Что ж, ей прямая дорога в пансион при монастыре, а там, глядишь, и постриг примет... А моя проблема в том, что я — в теле той самой, больной сестры. И я категорически не собираюсь проводить остаток жизни в молитве и покаянии! Скорее, наоборот...
Нинель Мягкова , Нинель Нуар
— Зараза, ходит тут, задом своим целлюлитным трясет… — пробормотал он злобно, и только я собиралась сказать, чтоб отпустил, и нечего меня за этот самый целлюлютный зад лапать, да еще и так жестко, как он, выдохув, резко прижался к моим губам, сразу же проникая языком внутрь и по-хозяйски придерживая меня за затылок, чтоб не смогла вырваться.Это был мой первый поцелуй. Никто до него не прикасался к моим губам. Никак. Ни невинным сухим жестом, ни более развязно. И уж тем более, никто не делал со мной таких грубых вещей. Не целовал так жестоко, так грязно, так настойчиво.
Мария Зайцева