Читаем Орленок (Щегол-2) полностью

…С места схватки свинтили всего минут через пятнадцать-семнадцать после завершения схватки. Само собой, под ветер. И почти километр заметали следы ледяной вьюгой. Вернее, заметал. Я. Ибо у Кольцовой этого навыка еще не было. Увы, он сжирал не только слишком много Силы, но и очень сильно замедлял. Поэтому в какой-то момент я снова переключился в обычный режим движения и повел наш мини-отряд вперед на крейсерской скорости. Рывками, так как спешил пересечь открытое место и «пропасть» в лесу. На то, что после каждого выхода из перемещения раздается хруст проламываемого наста, уже не злился — привык. Зато вскоре заметил, что кидаю воздушные ступени почти без участия разума, не нашел в себе моральных сил обрадоваться и попрыгал дальше. Добравшись до опушки, вгляделся в переплетение ветвей, давным-давно лишившихся последних листьев, не заметил ничего подозрительного, затем все так же, без участия разума, осмотрелся прозрением и шевельнул ХИС-ом, подавая знак «Опасность». А через долю секунды выпустил палочку из рук, вывесил диск перед энергетической структурой, прыгнувшей на меня сверху, дернул за подушечку самосброса и в темпе откатился от рюкзака. В процессе отрешенно отметил, что у кошака имеется весьма неслабая защита, опрокинул его оплеухой, приложил сферой умиротворения и очень неприятно удивился, почувствовав, что она рассеялась!

Следующий прыжок матерой рыси, вывалившейся из-под невидимости, остановил частоколом, заметил, что ее задние лапы уже оплел тугой пучок зеленых побегов, выметнувшихся из-под снега, придержал хищника прессом, накрыл ледяной вьюгой и ударил разрядом. От возмущенного «мява» чуть не оглох — он, как оказалось, воздействовал на сознание не хуже акустического удара. Потом попробовал вернуть зверюгу в область действия вьюги ударом оплеухи, но не успел — Ольга оказалась шустрее.

Силуэт, ясно видимый с помощью прозрения, рванулся в ее сторону и нарвался на диск, взвыл еще раз и влетел в сугроб, поймав оплеуху Кольцовой и мое воздушное лезвие.

Тут нас накрыло настолько густым туманом, что я невольно напрягся и прервал молчание:

— Оль, двигайся! Он проигнорировал сферу и долбит слишком большим количеством умений!!!

— Зато виден с помощью прозрения! — ответила она сразу после выхода из рывка и снова опрокинула кота навзничь. — Так что я роняю и пробую тормозить, а ты бьешь!

Я собирался предложить то же самое, поэтому угукнул и переключился на лезвия и вьюги. Лупил, как из пулемета, но без толку: защита этого монстра держала, да так, что заставила задуматься об использовании «Вепря». Увы, рюкзак под прозрением не «светился», а туман был настолько густым, что обнулял шансы его найти. В общем, я продолжил выкладываться в том же режиме, но на всякий случай снова «сел» на пассивное восполнение резерва.

Следующие минут шесть-восемь бил эту тварь в одно лицо и потихоньку зверел из-за того, что не видел у «силуэта» ни малейших признаков усталости. Потом лоханулся, во время одной из контратак рыси неудачно уйдя в рывок и впоровшись в ствол дерева. Да, оплеуха, колючий побег и пресс Кольцовой, сначала сбившие ее с траектории нового прыжка, а затем придержавшие и придавившие, позволили разорвать дистанцию, но разозлили еще сильнее.

Нет, дурить, бросаясь в ближний бой с артефактным ножом наперевес я, конечно же, не стал — от героизма головного мозга в АПД избавляли еще на первом курсе. Зато включил голову и попробовал совместить приятное с полезным. В смысле, улучил момент, когда Кольцова придавила кота прессом, добавил свой, понял, что два одновременно используемых навыка удерживают хищника в одной точке, и заорал:

— Оль, не отпускай и бей иглами!!!

Этот приказ был, мягко выражаясь, за гранью добра и зла, ведь до такого уровня контроля напарница еще не доросла. Но внутренняя уверенность в том, что моя женщина не может не справиться, не подвела: уже через пару секунд в силуэт хищника прилетела первая ледышка, еще через две-три — вторая, а через полминуты девушка приспособилась и помогла создать достаточную плотность… хм… огня, чтобы начать продавливать защиту.