Читаем Ория (сборник) полностью

Договаривать он не стал, и Войче оставалось самому додумывать то, что имел в виду недомерок. Выходит, Змеи еще страшнее? Страшнее этих, с длинной шеей? Куда же еще? И Войчемиру внезапно захотелось увидеть настоящего Змея, чтобы наконец все стало ясно. Это было как перед трудным боем, когда страшнее всего — неизвестность. Он поглядел на небо, но там не было ничего, кроме равнодушной Луны и серебристой россыпи далеких звезд.

Желание Войчемира исполнилось на следующий день, причем совершенно неожиданно и вовсе не так, как представлялось. С утра, под впечатлением виденного ночью, Войча чувствовал себя почти как на войне. «Почти» заключалось в том, что он не стал надевать шлем — уж больно жарким намечался день. Зато все остальное — кольчугу, стальные налокотники, высокий железный воротник — Войча потрудился надеть и как следует подогнать. Он уже однажды поплатился за беспечность, позабыв о кольчуге в ту Ночь, когда подстерегал «опыра», и теперь решил встречать врага во всеоружии. Каким бы ни был Змей, а в доспехе Войча чувствовал себя не в пример увереннее.

Ужик никак не реагировал на Войчины приготовления. Сам он сделал лишь одно — снял со спины Ложка свою нелепую котомку и закинул за спину. Войча пожал плечами и решил, что недотепа, хотя и явно не дурак, но все-таки со странностями.

Теперь сгоревший лес встречался значительно чаще. На очередную гарь они наткнулись почти сразу, как только вышли на дорогу, А вскоре Войча и внимание перестал обращать — черный пепел был почти на каждом шагу, местами сгоревший лес тянулся на целые версты. Но Змеев все не было, и Войча начал немного успокаиваться, а затем — скучать. Может, Ужик все-таки перепутал? Мало ли отчего лес горит?

Возле одной из черных проплешин в траве мелькнуло что-то белое. Войча не поленился ткнуть каблуком Басаврюка и подъехать ближе. Впрочем, он сразу догадался, что увидит. Кости… Человек и конь. Они погибли давно, и солнце успело выбелить распавшиеся остовы. Там же лежала груда ржавого железа — все, что осталось от доспехов и оружия. Даже нельзя сказать, кто это был — сполот, огрин или кто-то иной. Войчемир вздохнул, мысленно помянул Заступницу-Сва и повернул назад, на дорогу.

— Войчемир'

Войча, все еще думая о неведомом альбире, чьи кости теперь поливают дожди и сушит ветер, удивленно оглянулся. Ужик смотрел куда-то в сторону.

— Вот! — худая рука недомерка указала куда-то на восход.

Там не было ничего — ничего особенного. разве что над далекими холмами таяла белая искорка.

— Змей.

— Змей?

Войчемир решил, что Ужик шутит. Тоже мне Змей! Подумаешь, блеснуло чего-то! Однако же Войча решил поступить мудро и не спорить. Если Огненные Змеи и впрямь таковы, то и мудрить нечего. Пусть себе поблескивают!

Настроение сразу же улучшилось, и Войча даже принялся насвистывать столь полюбившуюся им песню про храброго Ужика. Недотепа никак не реагировал, лишь время от времени останавливался и внимательно глядел по сторонам. Это развеселило Войчу еще больше. А он еще боялся! Эх, Уж-Ужик, тебе бы делом заняться, а не лягушек ловить! Войча с сожалением вспомнил, что так и не взялся за основательное обучение Ужика боевому искусству — дальше двух уроков дело не пошло. А жаль, хоть что-нибудь полезное узнал бы заморыш!

…Вначале он услышал свист — резкий, пронзительный, разрывающий перепонки. Затем впереди что-то блеснуло — белое, слепящее глаза, а потом появилось пламя — сразу со всех сторон. Дико заржал Басаврюк, ему вторил Ложок, что-то темное метнулось сверху, и Войча, скатившись с седла, рухнул ничком на теплую землю. Снова свист, теперь уже тихий, еле слышный — и все кончилось.

— Вставай…

Голос Ужика звучал как обычно — спокойно и даже равнодушно. Войча перевел дух и поднял голову.

Вокруг горела трава. На маленьком, чудом уцелевшем островке приплясывали очумевшие от ужаса кони. Войча мельком отметил, что если бы не огонь, Басаврюк с Ложком были уже за версту а там лови их! Ужик стоял, глядя куда-то вдаль полы его черного плаща слегка дымились.

— Ты это… — хрипло проговорил Войча, вставая, — не сгори… Недомерок покачал головой и медленно повернулся. На губах мелькнула улыбка.

— Повезло нам с тобой, Зайча!

— Угу,.. — охотно согласился Войчемир. — Видать, повезло… Это чего, Змей был?

Ужик кивнул. Войча осмотрелся, убедился, что пожар постепенно гаснет и гореть им не придется, после чего сел на траву и стал думать.

— Значит так… — решил он наконец. — Дальше идем пешком… То есть я пешком иду. Все самое нужное — в мешок и за плечи. Первый, кто чего увидит, командует «Змей». Запомнил?

Ужик вновь кивнул, и Войча стал думать дальше.

— А по команде «Змей» разбегаемся в разные стороны — ты налево, я — направо. И — носом в землю. Лежим, пока эта карань не уберется. Все понял, Урс?

— Двуручник бы! — мечтательно произнес недотепа. — Да по шее…

— Это тебе по шее надо! — Войча сердито нахмурился, — Кто ж его, супостата, знал-ведал? А двуручник — вещь всегда полезная, и не тебе, Ужу, о том судить. Ну, чего стоишь, пошли!