Читаем Орден полностью

Благородный Вольфганг фон Барнхельм с перекошенным лицом, перевязанным плечом и с мечом в левой руке уже стоял перед ним. А из-под обрывистого берега на помощь своему господину лез верный Ясь с секирой. Ребятки пришли не из леса — они незаметно подобрались с тыла — со льда Вислы.

Ху-ух! Точный и сильный удар по твердой диверсантской руке пришелся сбоку. Отточенная сталь рейнского рыцаря скрежетнула о кольчужный рукав противника. Не срубила — нет, но резко кинула руку с пистолетом вниз.

Громыхнул выстрел. Взревел от гнева и боли фон Берберг. Пуля вошла в землю у самых ног Бурцева. «Вальтер» упал возле ног эсэсовца. Мгновение — и вестфалец уже тянется к оружию левой рукой. Бурцев ринулся наперехват, понимая, что все равно уже не успеть. Маленький, пухлый, но проворный Ясь опередил всех. Оруженосец колобком подкатился к штандартенфюреру, выпнул пистолет из-под самых пальцев фон Берберга. Постарался, голубчик, так, что и сам растянулся в снегу, и секиру свою выронил, и Бурцева сшиб по пути. Зато «вальтер», кувыркаясь, слетел с речного берега, сгинул в пушистых сугробах. Век ищи теперь — не найдешь.

— Идиот! Кретин! Мальчишка! — почем зря разорялся фон Берберг. Его правая рука висела плетью. Левой вестфалец вцепился в отшибленное предплечье.

— Мы еще не закончили наш спор о прекраснейшей даме на свете, Фридрих фон Берберг из Вестфалии, — невозмутимо напомнил Вольфганг. — А ведь был уговор: биться до смерти! К тому же я только что слышал, как оскорбительно ты отозвался о несравненной Ядвиге Кульмской. И поэтому вновь вызываю тебя на бой, фон Берберг. Сражаться будем здесь, сейчас же, левыми руками на мечах и без щитов. До погибели одного из нас. Знай, что твои адские штучки меня не страшат.

— Дурак! — простонал фон Берберг. — Какой же ты дурак… Фриц!

Короткий кивок оруженосцу. Слуга вестфальца все понял без слов. Белобрысый дылда выступил вперед, поднял кусок разобранного рыцарского копья, сунул руку под защитный щиток. Бурцев удивленно взирал на происходящее: он что же, намеревается скрестить эту дубинку с мечом фон Барнхельма?

Нет, фехтовать Фриц не собирался, а вот…

На этот раз выстрела не было слышно. Не прозвучало даже маломальского хлопка. Лишь шелест, лишь шорох незримой смерти…

Благородный Вольфганг вскрикнул — тонко, совсем по-детски. Выронил клинок, осел на землю. Губы молодого рейнского рыцаря, над которыми только-только начал пробиваться пушок, беззвучно шевелились. В удивленных, широко распахнутых глазах «херувима» блеснула влага. На старой гербовой котте с плачущим юношей — ниже и левее грязной повязки — забуровело пятно. Свежее, влажное, блестящее. Там, где сердце.

А фрагмент разборного копья, превратившийся вдруг в бесшумного убийцу, уже смотрел на Бурцева и Яся. Оруженосец Вольфганга утратил дар речи. Бурцев, в общем-то, тоже.

— Спецсредство для нужд цайткоманды, — с самодовольной ухмылкой пояснил вестфалец. Обращался он сейчас только к Бурцеву. Ясь, находившийся в ступоре, штандартенфюрера не интересовал. — Комбинированное оружие: стреляющее копье. Создано на базе «вальтера» ППК — полицай-пистоль криминаль. Если вы не знаете, полковник, то это миниатюрная модель с глушителем. Используется тайными службами Германии. Девятизарядный пистолет бесшумной и беспламенной стрельбы. Калибр — 5,6 мм. Немного, но большего и не требуется. Патрон достаточно мощный, чтобы в ближнем бою пробить любой доспех. Копейный наконечник достаточно крепкий, чтобы после выстрела проломить латы и добить противника.

Вся хитрость заключается в том, что пистолетная рукоять упрятана под защитным щитком, а ствол с глушителем встроен в усиленную часть древка. Если копье ломается, стреляющий комплекс легко демонтируется и устанавливается на новое. Очень удобная вещь для имитации копейного боя.

Если подпустить противника на три-четыре метра и выстрелить за мгновение до сшибки, создается полнейшая иллюзия честной победы в гештехе. Конечно, я бы предпочел пользоваться «эрмой» с глушителем[75], однако упрятать пистолет-пулемет в копейном древке — нереально.

Бурцев мысленно выругался. Похоже, бедняга Вольфганг не так уж сильно лгал, утверждая, что фон Берберг одержал верх в ристалищном поединке при помощи колдовства.

— Так, значит, иллюзия честной победы, да?

— Видите, ли, полковник, я, конечно, прошел необходимую спецподготовку и неплохо владею средневековым оружием. Но все же здешних благородных вояк, которые дерутся на мечах и копьях чуть ли не с пеленок, мне без этих маленьких хитростей одолеть было бы весьма затруднительно. Поэтому иллюзия победы в данном случае вполне оправдана.

— Ну-ну, я теперь подозреваю, что и твой меч с доспехами — тоже… хм… набор иллюзиониста.