Читаем Опыт полностью

Возможно, такая ситуация сохранится в течение более или менее продолжительного времени, но в сущности инертность, присущая местным жителям, осталась, и напрасно считают, что вендская раса представляет угрозу для Запада. Кое-кто, увидев, что у нее мало способностей к социальному совершенствованию, поспешили объявить ее юной и полной скрытых сил, которые еще не проявились. Однако это из области иллюзий. Славяне относятся к самым древним семействам, самым перемешанным и выродившимся, какие есть на земле. Они исчерпали свои возможности еще раньше кельтов. Норманны придали им чувство единства, которого они были лишены. И это чувство теряется по мере того, как впитывается скандинавская кровь, оно поддерживается только за счет новых притоков, однако они не в состоянии дать своим ученикам то, чего у тех никогда не было.

На Западе славяне могут занимать только подчиненное социальное положение и вряд ли будут играть заметную роль в будущей истории, как не играли ее в прошлом, если бы не огромная территория, которую они занимали. Находясь на границе между Европой и Азией, они служат естественным переходным элементом между своими западными и восточными монголоидными сородичами. Они составляют бесчисленные массы людей от Богемии и Петербурга до границ с Китаем. Они поддерживают, таким образом, между различными метисами непрерывную этническую связующую нить, которая сегодня опоясывает северное полушарие.

Вот удел славянских народов и предел их развития, которого они никогда бы не достигли без помощи норманнов. Эти норманны осуществляли свою деятельность главным образом в России, откуда мы перенесемся вслед за ними в другие земли.

Не будем останавливаться на их деятельности, т. к. это скорее область политической истории. Вытесненные из центра Германии массами новых пришельцев, потерпев поражение от саксонов 4), норманны вплоть до VIII в. продолжали свои походы. Западные мореплаватели боялись отважных норманнских пиратов, которые добирались до Средиземного моря, грабили Испанию, колонизировали острова вблизи Англии, обосновались в Ирландии и Шотландии, населили долины Исландии.

Несколько позже они пришли и на землю Англии, которой раньше причинили столько хлопот и волнений, отобрали ее большую часть у бриттов и саксонов, которые высадились на этих берегах еще раньше. Позже они обновили кровь французов в Невстрии и обеспечили им превосходство над другими жителями Галлии. В числе их самых славных деяний следует в первую очередь отметить открытие американского континента в X в. и создание там колоний в XI, а возможно, и в XIII в. В свое время мы поговорим о полном завоевании Англии французскими норманнами.

Скандинавия, откуда вышли эти воины, еще в героические времена средневековья занимала видное место в памяти всех господствующих рас Европы. Это была земля их славных предков, земля их богов, вытесненных христианством. Высокие образы, которые вызывало название этой земли в мыслях франков и готов, можно сравнить с воспоминаниями об Ултрара-Куру для брахманов. В наши дни этот полуостров населен людьми, похожими на тех, которые так долго и обильно питали всю континентальную Европу 5). Чем чище была кровь этих древних воинов, тем меньше времени они проводили в своих одэлах. Немногие остались в Скандинавии. Но некоторые возвратились туда и нашли там финнов, кельтов, славян — либо выходцев тех, кто когда-то населял страну, либо потомков пленников, которых забросили туда перипетии войн и конфликтов с остатками асов. Однако нет сомнений в том, что в Швеции и особенно в Норвегии еще сегодня можно встретить физиологические, лингвистические и политические свидетельства пребывания исчезнувших благородных рас, о чем говорит история последних столетий. Ни Густав-Адольф, ни Карл XII, ни их народы не являются потомками Рагнаса Лодброга и Харалда. Если бы норвежцы и шведы были более многочисленные, ситуация сложилась бы по-иному; но они по причине своей малочисленности обречены на социальное бессилие. Поэтому можно сказать, что не среди них следует искать последний оплот германского влияния: он находится в Англии. Именно там он в большей мере сохраняет свое прежнее влияние.

Когда речь шла о кельтах, мы видели, что население Британских островов во времена Цезаря состояло из местных финнов, некоторых галльских племен, в разной степени затронутых смешением с аборигенами, но весьма деградированных этими контактами, и из переселившихся германизированных бельгийцев, которые занимали восточное и южное побережья.