Читаем Оптимистка. Дневники. полностью

- Но в данном случае это одно и то же, -он схватил меня за руки пониже плеч и пытливо уставился в глаза. - Так есть у тебя стимул или нет?

Я отвернулась, сделав вид, что мне смертельно надоели его вопросы.

- Ну нет, дальше что? Говорю же, успешно живу в поисках оного.

- И как, хорошо живешь?

- Нормально, -огрызнулась и отошла. - Все, бывай, Арчи. Обедом я тебя накормила, выспаться дала, а в душу мне лезть не надо.

Попыталась уйти, но он не позволив, схватил и вернул на место.

- Не уходи, -неожиданно грустно попросил он. - Прости, если обидел. С тобой я не всегда понимаю, что можно говорить, а что нет, не могу предсказать твою реакцию.

- И не надо предсказывать, -пробурчала негромко. - Разве не интереснее жить, когда не знаешь, что будет в следующую минуту?

Он засмеялся.

- Ты права, интереснее. И мне сейчас нужна твоя поддержка. Ты же не бросишь меня в беде?

- Разумеется, нет, -я все-таки вывернулась. - Друзья на то и друзья, чтобы помогать. Только я мало что могу.

- Ты многое делаешь для меня одним своим присутствием, -он мягко улыбнулся.

- Ага, удовлетворяю твое чувство прекрасного, -съязвила, не зная, как реагировать на его откровения. - Так что, друзья?

- Нет, -он решительно покачал головой. - Пара.

И поцеловал меня.

Спросонья долго соображала, что за трель долбит мне мозг глубокой ночью. Когда, наконец, дошло, что это дверной звонок, я готова была убить придурка, который сунулся ко мне - посмотрела на часы - в половину четвертого!

Рывком скинула с себя одеяло, встала, скинув тяжелую горячую руку: Арчи недовольно искривился, перевернулся на другой бок и больше признаков жизни подать не изволил. Везет же некоторым! Даже мне с моим непробудным снов под непрекращающийся сигнал не заснуть. На ощупь определила ночнушку и надела.

- Кто?

Умный человек испугался бы одного только тона и поспешил смыться, но этот наглый изверг даже должного сожаления в голос не добавил.

- Я.

Что за дебильная привычка, вообще, «якать»? А мне, значит, догадываться, кто тут этот «я»! Хотя его не узнать невозможно.

- Чего надо? -зашипела я на Рафа, уворачиваясь от угла чемодана, который друг толкал перед собой. - Что ты здесь забыл в такую рань?!

- Да, бл*, Хель, ключи посеял, -с пыхтеньем он протащил-таки объемную сумку через дверной проем. - А слесарь только в девять придет, ну не сука ли?

- Да ты хоть знаешь, кто ты?! -возмутилась я. - Гостиниц не хватает, Лунев?! Я спала, между прочим!

- Уже не спишь, -он улыбнулся и всучил мне еще одну сумку поменьше. - Я, короче, в душ, устал, с самолета все ж, найди мне чего переодеться.

- Ты не охренел ли?!

Но черноволосая голова уже исчезала в ванной. Ууу, я зла!

Прошла на кухню, с силой щелкнула свет и полезла за одеждой, рванув собачку молнии. Джинсы, джинсы, джинсы, джемпера, футболки, все новое с иголочки, а на ценниках суммы, на которые даже смотреть страшно. Погодите-ка, а это что?

Вытащила со дна небрежно брошенную футболку, развернула и обалдела. Во-первых, она была длинной, мне почти до колен, а во-вторых и главных, на черном фоне сверху были нарисованы два пожаренных яйца, а между ними и до конца вниз гордо возлежала сосиска. Еще была английская надпись и, насколько правильно я перевела, гласила «Правильная еда - залог правильного тела». Однако. С каких это пор Раф носит такое?

Шум воды прекратился, с мстительной улыбкой захватила футболку и понесла, в конце коридора показался Арчи.

- Хельга, что…

Открылась дверь ванной, из нее, потягиваясь, вышел Раф. Голый. Абсолютно. От мокрой макушки и до съежившихся пяток. Мать моя женщина. Икнула.

- Бл*, Раф, твою мать!

Пронеслась мимо, в спальню, бросив на его… интимное место одежду. О Мой Бог. Все-таки дружба полов - вещь невероятно сложная. Мать же вашу, мне теперь кошмары будут сниться! Замахала руками, надеясь согнать краску и остудить щеки.

- Хельга, -в комнату заглянул Раф, я пискнула, но, увидев его в футболке, против воли расхохоталась. - Ты как?

- Откуда у тебя это? -выдавила я. Луней посмотрел на себя с отвращением.

- Киска подарила, не мог отказаться. Как ты могла выбрать эту хрень?!

- Первой под руку попалась, -сорвала с невинным выражением лица. - А ты почему ничем не прикрылся?!

- Так нечем было!

Точно. Я дурак. Сама же убрала буквально неделю назад второе полотенце, решив, что им все равно некому пользоваться! Ой да…

- Ладно, друже, забыли об этом, оки? Будем считать, я ничего не видела.

- Так все плохо? -оскорбился парень.

- Раф!

- Ладно-ладно, уговорила. Ну я типа останусь?

Появился Арчи и прислонился к косяку, переводя взгляд с него на меня. Посмотрела на него вопросительно.

- Почему нет, -он пожал плечами. - Но только на одну ночь.

- С каких это пор ты тут хозяйничаешь? -протянул Раф, делая шаг к нему. Арчи двинулся навстречу, но заметил футболку и расхохотался.

- Да, брат, бывает, -произнес он с сочувствием, положив руку на плечо Луни. Я перевела дух: мальчики явно остыли. Фух.

30 мая

Перейти на страницу:

Все книги серии Дневники

Дневники: 1925–1930
Дневники: 1925–1930

Годы, которые охватывает третий том дневников, – самый плодотворный период жизни Вирджинии Вулф. Именно в это время она создает один из своих шедевров, «На маяк», и первый набросок романа «Волны», а также публикует «Миссис Дэллоуэй», «Орландо» и знаменитое эссе «Своя комната».Как автор дневников Вирджиния раскрывает все аспекты своей жизни, от бытовых и социальных мелочей до более сложной темы ее любви к Вите Сэквилл-Уэст или, в конце тома, любви Этель Смит к ней. Она делится и другими интимными размышлениями: о браке и деторождении, о смерти, о выборе одежды, о тайнах своего разума. Время от времени Вирджиния обращается к хронике, описывая, например, Всеобщую забастовку, а также делает зарисовки портретов Томаса Харди, Джорджа Мура, У.Б. Йейтса и Эдит Ситуэлл.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Дневники: 1920–1924
Дневники: 1920–1924

Годы, которые охватывает второй том дневников, были решающим периодом в становлении Вирджинии Вулф как писательницы. В романе «Комната Джейкоба» она еще больше углубилась в свой новый подход к написанию прозы, что в итоге позволило ей создать один из шедевров литературы – «Миссис Дэллоуэй». Параллельно Вирджиния писала серию критических эссе для сборника «Обыкновенный читатель». Кроме того, в 1920–1924 гг. она опубликовала более сотни статей и рецензий.Вирджиния рассказывает о том, каких усилий требует от нее писательство («оно требует напряжения каждого нерва»); размышляет о чувствительности к критике («мне лучше перестать обращать внимание… это порождает дискомфорт»); признается в сильном чувстве соперничества с Кэтрин Мэнсфилд («чем больше ее хвалят, тем больше я убеждаюсь, что она плоха»). После чаепитий Вирджиния записывает слова гостей: Т.С. Элиота, Бертрана Рассела, Литтона Стрэйчи – и описывает свои впечатления от новой подруги Виты Сэквилл-Уэст.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное

Похожие книги

Вне закона
Вне закона

Кто я? Что со мной произошло?Ссыльный – всплывает формулировка. За ней следующая: зовут Петр, но последнее время больше Питом звали. Торговал оружием.Нелегально? Или я убил кого? Нет, не могу припомнить за собой никаких преступлений. Но сюда, где я теперь, без криминала не попадают, это я откуда-то совершенно точно знаю. Хотя ощущение, что в памяти до хрена всякого не хватает, как цензура вымарала.Вот еще картинка пришла: суд, читают приговор, дают выбор – тюрьма или сюда. Сюда – это Land of Outlaw, Земля-Вне-Закона, Дикий Запад какой-то, позапрошлый век. А природой на Монтану похоже или на Сибирь Южную. Но как ни назови – зона, каторжный край. Сюда переправляют преступников. Чистят мозги – и вперед. Выживай как хочешь или, точнее, как сможешь.Что ж, попал так попал, и коли пошла такая игра, придется смочь…

Эд Макбейн , Джон Данн Макдональд , Элизабет Биварли (Беверли) , Дональд Уэйстлейк , Овидий Горчаков

Любовные романы / Приключения / Вестерн, про индейцев / Фантастика / Боевая фантастика