Читаем Оптимистка. Дневники. полностью

Раф выпил любимого коньяка и повеселел. Оценивающе поглядел на Сандру, решил, очевидно, что она вполне достойна его внимания, и невзначай придвинулся ближе. С этого момента для компании они были потеряны, занятые исключительно собой. Насколько я могу судить, Сандре конкретно на Рафа было фиолетово, но от неимения альтернативы пришлось довольствоваться тем, что есть. Мне это было не совсем понятно, учитывая внешность приятеля и его способность очаровывать, но о вкусах не спорят. Либо Сандра хорошо чувствовала фальшь и понимала, что перед ней лишь маска. Как бы то ни было, на этот вечер они нашли друг друга. В результате разговор в основном поддерживали мы с Олесей. Алекс дулся и мрачно глотал коньяк, Арчи сжимал меня покрепче, словно заявляя свои права, и редко-редко вставлял реплики, Вику физиономия не велела общаться с простолюдинами, Ланселот удивленно косился на Олесю, как бы не понимая, кто она и откуда здесь взялась. Этого я тем более не понимала, ведь она его девушка, вроде как. Ну да мне своих странностей хватает, чтоб еще с чужими разбираться.

Общие темы никак не получалось найти, так что через некоторое время все замолчали и начали есть. Ну и пить, разумеется. Надо отдать должное Арчи, он почти не пил, хотя, в принципе, никто из них не злоупотребл*л. Когда все распробовали приготовленное мясо, тема нашлась - высокое искусство повара. После того, как мы захвалили Арчи - он даже покраснел, что вызвало у меня чувство, сродни нежности, - разговор наладился и потек сам собой. Разошлись все около двенадцати, и то только потому, что я стала выгонять, мотивируя поздним часом, не высплюсь, дескать. Арчи остался. Помог мне убрать со стола, даже вымыл посуду и попросился остаться. Я согласилась. Обида как-то незаметно испарилась, да и вообще я по природе не злопамятна, так что умылась, переоделась в пижаму и легла к нему под бочок. Меня прижали к себе, обняли и сделали попытку поцеловать. Я поддалась.

Разумеется, будучи умным человеком, я понимала, на что соглашаюсь. И, как вы можете представить, мне было жутко интересно. Страшно, конечно, но "хочется" и "можется", а мамку в таких делах не спрашивают. Короче говоря, я решилась, и Арчи как раз был готов на подвиги. Выпил слегка, я его девушка, опять же, короче, парень созрел.

Он был нежен. Очень нежен. И, наверное, я все-таки испытывала к нему что-то, потому что мне было хорошо. Раньше я боялась первой близости в том числе из-за ноги, мне смутно представлялась реакция парня на нее. Не очень приятно, полагаю, когда вместо двух ровных красивых ножек только одна. Однако на этом даже внимания заострять не пришлось, Арчи и левую ногу не обделил лаской, заставив меня почувствовать себя абсолютно нормальной, желанной. Второй вопрос, который меня волновал, это девственность. Я переживала, думала, когда ему сказать об этом, но в результате решила, что он и так предельно ласков и осторожен, да и догадаться можно было. Успокоила свою совесть, короче говоря. Ну и третье, защита. Тут уж я проявила твердость и, когда запахло жареным, спросила в лоб:

- Презерватив есть?

Парень, к счастью, отреагировал нормально, помахав пакетиком у меня перед носом и нацепив его затем.

Вообще опыт был интересный. Одежда снималась без проблем, а ощущение гладкой кожи и перекатывающихся мышц под пальцами загораживало. Прикосновение груди к его вызывало бурю пока неизвестных эмоций, и конкретно тянуло низ живота. В ту ночь я впервые узнала о наличие у себя эрогенных зон, причем очень, очень чувствительных! Анатомическая пробежка по чужому телу ничего нового не выявила, но оставила после себя весьма приятные воспоминания. О, ну и, конечно, я впервые увидела Его. Излишней стыдливостью вроде не страдаю, или предпочитаю так думать, но назвать Его отвлеченным словом "член" не получалось. То ли застеснялась, то ли разглядела в Нем что-то необычное и не стала равнять под общую гребенку. Не знаю точно.

Итак, это наконец произошло, и я автоматически выбыла из разряда возможных старых дев. Сильно больно не было, но мне трудно судить, я к боли привычная и терплю долго. Еще я слышала, что очень редко удается получить удовольствие в первый раз, но мне было хорошо. Может, это и не оргазм в полном его смысле, а просто нечто похожее, спорить не буду.

Как только все закончилось, я поняла, что проблемы впереди. Он не лег рядом, а, напротив, сел и запустил руки в волосы, взъерошив их. Понятно, что сей жест ни о чем положительном говорить не мог, так что я тоже поднялась, прижимая одеяло, откинутое в сторону, к себе.

- Что такое?

- Почему ты не сказала? -ответили мне вопросом на вопрос.

- А это что-то меняет?

- Да! То есть нет, но… Черт! Мне надо подумать.

С этими словами он шустро встал, оделся и был таков.

Перейти на страницу:

Все книги серии Дневники

Дневники: 1925–1930
Дневники: 1925–1930

Годы, которые охватывает третий том дневников, – самый плодотворный период жизни Вирджинии Вулф. Именно в это время она создает один из своих шедевров, «На маяк», и первый набросок романа «Волны», а также публикует «Миссис Дэллоуэй», «Орландо» и знаменитое эссе «Своя комната».Как автор дневников Вирджиния раскрывает все аспекты своей жизни, от бытовых и социальных мелочей до более сложной темы ее любви к Вите Сэквилл-Уэст или, в конце тома, любви Этель Смит к ней. Она делится и другими интимными размышлениями: о браке и деторождении, о смерти, о выборе одежды, о тайнах своего разума. Время от времени Вирджиния обращается к хронике, описывая, например, Всеобщую забастовку, а также делает зарисовки портретов Томаса Харди, Джорджа Мура, У.Б. Йейтса и Эдит Ситуэлл.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Дневники: 1920–1924
Дневники: 1920–1924

Годы, которые охватывает второй том дневников, были решающим периодом в становлении Вирджинии Вулф как писательницы. В романе «Комната Джейкоба» она еще больше углубилась в свой новый подход к написанию прозы, что в итоге позволило ей создать один из шедевров литературы – «Миссис Дэллоуэй». Параллельно Вирджиния писала серию критических эссе для сборника «Обыкновенный читатель». Кроме того, в 1920–1924 гг. она опубликовала более сотни статей и рецензий.Вирджиния рассказывает о том, каких усилий требует от нее писательство («оно требует напряжения каждого нерва»); размышляет о чувствительности к критике («мне лучше перестать обращать внимание… это порождает дискомфорт»); признается в сильном чувстве соперничества с Кэтрин Мэнсфилд («чем больше ее хвалят, тем больше я убеждаюсь, что она плоха»). После чаепитий Вирджиния записывает слова гостей: Т.С. Элиота, Бертрана Рассела, Литтона Стрэйчи – и описывает свои впечатления от новой подруги Виты Сэквилл-Уэст.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное

Похожие книги

Вне закона
Вне закона

Кто я? Что со мной произошло?Ссыльный – всплывает формулировка. За ней следующая: зовут Петр, но последнее время больше Питом звали. Торговал оружием.Нелегально? Или я убил кого? Нет, не могу припомнить за собой никаких преступлений. Но сюда, где я теперь, без криминала не попадают, это я откуда-то совершенно точно знаю. Хотя ощущение, что в памяти до хрена всякого не хватает, как цензура вымарала.Вот еще картинка пришла: суд, читают приговор, дают выбор – тюрьма или сюда. Сюда – это Land of Outlaw, Земля-Вне-Закона, Дикий Запад какой-то, позапрошлый век. А природой на Монтану похоже или на Сибирь Южную. Но как ни назови – зона, каторжный край. Сюда переправляют преступников. Чистят мозги – и вперед. Выживай как хочешь или, точнее, как сможешь.Что ж, попал так попал, и коли пошла такая игра, придется смочь…

Эд Макбейн , Джон Данн Макдональд , Элизабет Биварли (Беверли) , Дональд Уэйстлейк , Овидий Горчаков

Любовные романы / Приключения / Вестерн, про индейцев / Фантастика / Боевая фантастика