Читаем Оптимистка. Дневники. полностью

Понедельник - день тяжелый, и я не знала, чем себя занять. Закончила «Телохранителя» Тимошенко, надо будет только попросить у автора конец - не выложен на СИ из-за пиратских библиотек. Что я думаю по этому поводу? Ну не знаю… Все книги читаю в компе, так что чем раньше новинки появляются на том же Либрусеке, тем мне лучше. Хотя не так давно у подруги была стычка с этим сайтом, который, кстати, не русский вовсе, и мое нейтральное отношение изменилось не в лучшую сторону.

Итак, что бы поделать? На завтра историю учить… О, у нас же работа… О. М-да. Надо будет почитать вечерком. А пока… чем заняться?

Вздрогнула, когда в дверь неожиданно постучали, и пошла открывать.

Визиту Алессандры удивилась. Грешным делом, думала, это Алекс, ан нет. Пропустила девушку внутрь, закрыла дверь, махнула рукой в сторону комнаты и вошла следом за ней. Уселась с ногами на диван, Сандра пристроилась с другой стороны.

Когда молчание затянулось, я предложила чаю. Девушка с облегчением, как мне показалось, согласилась.

- Подождешь здесь или там со мной посидишь?

- С тобой, -она поднялась.

На кухне Сандра устроилась на табуретке и следила за мной глазами, пока я включала чайник и доставала овсяное печенье. Чайник был электрическим. Помню, жутко радовалась, когда узнала, что в общаге можно им пользоваться. В прошлом году я принимала участие в областной олимпиаде по русскому, проводилась она в ТвГУ. Мы жили в новом, только что выстроенном общежитие, тоже квартирного типа, и там висело предупреждение: включать электрочайник в розетку запрещено. Наверное, для экономии электроэнергии. Как бы то ни было, а возможность пользоваться небольшим электрочайником приглушенного оранжевого цвета с прозрачной коричневой вставкой, с нанесенной на него шкалой деления, мне нравилось.

Достала две кружки, свою - аккуратную, довольно высокую, белый фон почти полностью скрывается за разноцветными округлыми цветами, - и одну из трех для гостей, стеклянную с наклеенными на нее розами. Парни в классе дарили на прошлое восьмое марта. Я такое не очень люблю, однако ж пригодилось.

В кружки упали пакетики «Greenfiеld» с малиновым вкусом, залила кипятком.

- Пойдем.

Аккуратно взяла кружку за ручку, прихватила печенье и отправилась первой. Печенье - на стол, сама - на диван с кружкой.

- Любишь овсяное печенье?

- Люблю.

- Угощайся. Только не кроши.

Вероятно, с гостями надо быть вежливее, но убираться мне не c руки, так что переживет. Отхлебнула чай, поморщилась, в который раз обнаружив собственную непредусмотрительность, и вернулась на кухню за маленьким блюдечком, на котором хранила пакетики чая. Достала свой, предварительно макнув его пару раз, и положила на блюдце. Сандра последовала моему примеру.

- Так что ты хотела?

- Ты почему здесь?

Стандартный вопрос. Все хотят знать, чем болен сосед, чтобы порадоваться, если есть люди больнее, или огорчиться, что встречаются среди инвалидов и более здоровые. Мой случай довольно легкий для нарушений опорно-двигательной системы. Я могу ходить, пусть и испытывая боль, нога развита нормально, внешний вид не в счет. Если надеть «патрули» и клешеные джинсы, ну еще стельку под правую ногу подложить из-за разницы в длине, будет незаметно, что я не здорова. Сколько лет в школе училась, и очень немногие знали о моей ноше. Друзья, конечно, но их было немного, кое-кто из учителей, директор, конечно, ему по должности положено, ну и одноклассники. Сложно сказать, все ли, но подробностей кроме друзей они точно не знали.

- Ты мне понравилась.

Вот оно что. Интересно. Мы не разговаривали, в группе есть люди веселее и жизнерадостнее, чем это я ей «понравилась»?

- Чем же?

- Спокойствием и молчаливостью, -уверенно ответила она и отхлебнула чая. Становится все интереснее.

- Мм. И что дальше?

- Хочу подружиться, -Сандра пожала плечами, а я задумалась. В принципе, почему нет? Иметь друга будет неплохо, она вроде тоже необщительная, так что надоедать и приставать не станет, а так хоть будет с кем поговорить да в магазин съездить. С одеждой. Никогда не любила покупать что-то из вещей в одиночку. Как-то продавцов стесняюсь, что ли… И вообще я застенчивая, только стараюсь не показывать, а если наглеют и нападают, отвечаю. Не показывая уязвимость. Или надеюсь, что не показываю…

- Ну давай. Аська есть?

- Есть. Запишешь?

- Погоди.

Перейти на страницу:

Все книги серии Дневники

Дневники: 1925–1930
Дневники: 1925–1930

Годы, которые охватывает третий том дневников, – самый плодотворный период жизни Вирджинии Вулф. Именно в это время она создает один из своих шедевров, «На маяк», и первый набросок романа «Волны», а также публикует «Миссис Дэллоуэй», «Орландо» и знаменитое эссе «Своя комната».Как автор дневников Вирджиния раскрывает все аспекты своей жизни, от бытовых и социальных мелочей до более сложной темы ее любви к Вите Сэквилл-Уэст или, в конце тома, любви Этель Смит к ней. Она делится и другими интимными размышлениями: о браке и деторождении, о смерти, о выборе одежды, о тайнах своего разума. Время от времени Вирджиния обращается к хронике, описывая, например, Всеобщую забастовку, а также делает зарисовки портретов Томаса Харди, Джорджа Мура, У.Б. Йейтса и Эдит Ситуэлл.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Дневники: 1920–1924
Дневники: 1920–1924

Годы, которые охватывает второй том дневников, были решающим периодом в становлении Вирджинии Вулф как писательницы. В романе «Комната Джейкоба» она еще больше углубилась в свой новый подход к написанию прозы, что в итоге позволило ей создать один из шедевров литературы – «Миссис Дэллоуэй». Параллельно Вирджиния писала серию критических эссе для сборника «Обыкновенный читатель». Кроме того, в 1920–1924 гг. она опубликовала более сотни статей и рецензий.Вирджиния рассказывает о том, каких усилий требует от нее писательство («оно требует напряжения каждого нерва»); размышляет о чувствительности к критике («мне лучше перестать обращать внимание… это порождает дискомфорт»); признается в сильном чувстве соперничества с Кэтрин Мэнсфилд («чем больше ее хвалят, тем больше я убеждаюсь, что она плоха»). После чаепитий Вирджиния записывает слова гостей: Т.С. Элиота, Бертрана Рассела, Литтона Стрэйчи – и описывает свои впечатления от новой подруги Виты Сэквилл-Уэст.Впервые на русском языке.

Вирджиния Вулф

Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное

Похожие книги

Вне закона
Вне закона

Кто я? Что со мной произошло?Ссыльный – всплывает формулировка. За ней следующая: зовут Петр, но последнее время больше Питом звали. Торговал оружием.Нелегально? Или я убил кого? Нет, не могу припомнить за собой никаких преступлений. Но сюда, где я теперь, без криминала не попадают, это я откуда-то совершенно точно знаю. Хотя ощущение, что в памяти до хрена всякого не хватает, как цензура вымарала.Вот еще картинка пришла: суд, читают приговор, дают выбор – тюрьма или сюда. Сюда – это Land of Outlaw, Земля-Вне-Закона, Дикий Запад какой-то, позапрошлый век. А природой на Монтану похоже или на Сибирь Южную. Но как ни назови – зона, каторжный край. Сюда переправляют преступников. Чистят мозги – и вперед. Выживай как хочешь или, точнее, как сможешь.Что ж, попал так попал, и коли пошла такая игра, придется смочь…

Эд Макбейн , Джон Данн Макдональд , Элизабет Биварли (Беверли) , Дональд Уэйстлейк , Овидий Горчаков

Любовные романы / Приключения / Вестерн, про индейцев / Фантастика / Боевая фантастика