Сегодня вечером произошло кое-что важное. Не просто несчастный случай. Случившееся словно взрезало пространство, отделявшее прошлое от настоящего. И Джиму жаль, что сейчас он не в «Бесли Хилл», не в знакомой постели, не среди других пациентов, которые вечно напяливают чужие пижамы. Ему сейчас очень хотелось, чтобы еду всегда приносили в одно и то же время, чтобы сестры заботились о нем и давали ему лекарства. Но больше всего ему хотелось напрочь освободить голову от всяких мыслей и уснуть.

Но он знает, что ничего этого уже не будет. Обрывки воспоминаний проносятся у него в голове, они обрушиваются на него, как удары. Где-то там, за микрорайоном Кренхем-вилледж, за пустошью, находятся потерянные годы, потерянные люди и все остальное. Он вспоминает смущенный взгляд Айлин, вспоминает мальчика, который когда-то был его другом. Вспоминает мост над прудом и те две секунды, с которых все и началось.

Боль в ступне – ничто по сравнению с другой, внутренней, болью. С той раной, что глубоко в душе. Прошлое не вернуть и ничем не искупить. Ошибки, которые ты совершил когда-то, навсегда остаются с тобой.

Теперь он всю ночь будет совершать свои ритуалы. И даже если ему покажется, что уже достаточно, он будет продолжать и завтра, причем весь процесс нужно начать с самого начала. И послезавтра. И послепослезавтра, и на следующий день… Джим вытаскивает из кармана ключ, и на мгновение бронзовый брелок вспыхивает отраженным светом.

И тут начинается настоящий грозовой ливень. Дождь молотит по тротуарам Кренхем-вилледж, по мусорным бакам, по шиферным крышам домов и по его домику на колесах. Джим медленно продвигается к дому. «Все, что угодно, – думает он, – все, что угодно, было бы лучше того, что ждет меня впереди».

Глава 15

Сожжение прошлого

– Это была ужасная ошибка.

Когда Байрон, наконец, рассказал все Джеймсу, лицо друга моментально утратило даже те жалкие краски, которые на нем еще были. Он очень внимательно выслушал историю, как девочка ринулась к дороге в тот самый момент, когда были прибавлены секунды, и брови его так сурово сдвинулись на переносице, что между ними образовалась глубокая морщина, будто прорезанная ножом. А когда Байрон дошел до того, как он пытался сохранить тайну и как ему это не удалось, Джеймс принялся так терзать свою непослушную челку, что в итоге завязал ее в петлю. Потом он долго сидел, уронив голову на руки, и Байрону даже показалось, что зря он, наверное, попросил друга о помощи.

– Но скажи, Байрон, что вам понадобилось на Дигби-роуд? – спросил, наконец, Джеймс. – Разве твоя мама не знает, что там опасно? Там однажды человеку колени прострелили. Там в некоторых домах даже туалета нет!

– Вряд ли в тот момент мама об этом думала. И потом, она сказала, что и раньше там бывала.

– Просто не понимаю, как такое могло случиться! Она ведь очень осторожно водит машину. Я не раз за ней наблюдал. Кое-кто из матерей водит просто отвратительно. Миссис Уоткинс, например. Честно говоря, она за рулем просто опасна. Но твоя мама водит совсем не так. Кстати, как она себя чувствует?

– Молчит. Почти ни слова не говорит. А вчера дважды вымыла машину. Если отец узнает, будут большие неприятности. Я просто не знаю, чего ждать в ближайшие выходные.

– Но ведь она не виновата! Это просто несчастный случай, и все произошло исключительно из-за двух добавленных секунд.

Да, им еще очень повезло, сказал Байрон, что Джеймсу тогда удалось прочесть о дополнительных секундах. И вообще он страшно рад, что Джеймс с ним заодно.

– Ты уверен, что видел эту девчонку? – спросил Джеймс.

– Еще бы!

– Вообще-то лучше сказать «уверен». Это будет точнее.

– Я уверен, Джеймс.

– А твоя мать ее точно не видела?

– Точно. Я совершенно уверен.

– Итак, мы, разумеется, не хотим, чтобы ее посадили в тюрьму.

(Хотя Байрон и в этом был совершенно уверен, у него вдруг так сдавило горло, что слова не шли с языка.)

– Если бы та девочка погибла, – продолжал Джеймс, – мы бы уже узнали об этом. Сообщение о несчастном случае наверняка напечатали бы в моей газете. Так что ее смерть исключается. Но даже если бы она просто попала в больницу, я бы и об это наверняка уже знал. Моя мать, правда, «Таймс» не читает, но ей всегда о таких вещах известно, потому что она часто беседует с волонтерами от партии Консерваторов в их местном офисе. И вот еще, что очень важно: хотя твоя мама и уехала с места происшествия, она не знала, что совершила наезд.

– Только она, по-моему, совершенно не умеет врать. И все равно всегда под конец все расскажет. Просто не сумеет с собой совладать.

– Значит, нам с тобой придется хорошенько подумать, что тут можно сделать. – Джеймс вытащил из кармана блейзера своего «счастливого» медного жука, крепко стиснул его в кулаке, закрыл глаза и стал что-то нашептывать. Байрон терпеливо ждал, понимая, что у друга зародилась некая идея. Затем Джеймс медленно сказал, что действовать следует по науке, стараясь быть в высшей степени точными и логичными. – Чтобы спасти твою маму, для начала необходим четкий план действий.