Читаем Операция «Ледокол» полностью

Когда самолет начал заходить на посадку, солнце уже почти касалось воды и отбрасывало на скалы огромные теплые красные пятна. Самолет опустился на высоту 600 футов и пролетел над мысом Понта де Сао Лоренчо, чтобы совершить захватывающий низкий вираж — единственный способ совершить посадку на малюсенькой посадочной полосочке, которая примостилась на скалах этого острова, словно палуба авианосца.

В отель «Рейдс» такси доставило Бонда за час. Едва наступило утро, а он уже ходил по всему отелю в поисках своих коллег: Мосолова, Тирпица и третьего участника «Ледокола» — агента Моссада. Дадли описал представителя израильской стороны так: «молоденькая смертельная красотка, где-то метр семьдесят, белоснежная кожа. Фигуру лепили с Венеры Миллосской; только у этой руки на месте, ну и голова другая».

— И насколько «другая»? — переспросил его тогда Бонд.

— Намного. Девушке под тридцать. Очень, очень умна. Я бы не хотел оказаться на ее пути.

— С профессиональной точки зрения, разумеется, — не смог удержаться от подкола Бонд.

Что касалось М, то ему оперативная ценность израильского агента была неизвестна. Ее звали Ривка Ингбер. В ее деле говорилось: «нет никаких данных».

Джеймс Бонд принялся вести наблюдение за территорией бассейна, представлявшего собой две расположенные рядом друг с другом одинаковые чаши. Глаза Джеймса, скрытые темными очками, стали внимательно исследовать многочисленные лица и тела. Вдруг его взгляд упал на высокую, роскошную блондинку в бикини от Кардена, тело которой словесному описанию просто не поддавалось. «Ну что ж, — подумал Бонд, глядя, как девушка нырнула в теплую воду, — любоваться не противозаконно». Он устроился поудобней в своем шезлонге, слегка вздрогнув от боли в плече, которое теперь уже быстро заживало, и продолжил наблюдать за плавающей девушкой, глядя, как ее прекрасные длинные ноги медленно раздвигались и сдвигались, а руки лениво скользили — буквально сознательно — в чувственных эротических движениях.

Бонд в который раз улыбнулся выбору М места для этой «встречи». Из всего набора подобных красиво упакованных ловушек для туристов — от Гран Канария до Корфу — «Рейдс» оставался одним из немногих отелей, в котором поддерживались стандарты кухни, сервиса и аккуратности еще далеких 30-ых. В магазинах отеля продавались исторические сувениры — фотографии сэра Уинстона и госпожи Черчилль, отснятые в живописных зеленых садах. Долговязые, иссохшие старики с аккуратно подстриженными усиками, отдыхающие за чтением в просторных гостиных; молодые пары в одежде от «Ив Сен Лоран» и «Кензо», сидящие бок о бок с пожилыми титулованными дамами на знаменитой чайной террасе. Бонд пришел к выводу, что он попал, что называется, в «Чопорную Англию». Без всякого сомнения, приятели самого М посещали эту райскую «дыру во времени» с регулярным постоянством и точностью, с которой ходят наручные часы фирмы «Патек Филипп».

Лежа в своем шезлонге, Бонд тщательно и не спеша прочесывал взглядом бассейны и пространство для загорающих. Никаких признаков Мосолова. Никаких признаков Тирпица. Этих двоих он мог запросто узнать по фотографиям, изученным в Лондоне.

Фотографии Ривки Ингбер не было, а Клифф Дадли лишь загадочно улыбнулся, сказав Бонду, что, как она выглядит, он узнает сам, и очень скоро.

Люди начали постепенно стекаться к ресторану при бассейне. Столики были накрыты, между ними парили официанты, бар зазывал всех к себе. Длинная стойка буфета буквально ломилась от самых немыслимых салатов и холодных закусок. Для настоящего же гурмана здесь могли предложить горячий суп, кеш, лазанье и канелоуни.

Ленч. Старые привычки упорно не отставали от Бонда и на Мадейре. Теплый воздух и солнце, преследовавшие его все утро, пока он вел свою слежку, породили в нем приятное желание чего-нибудь перекусить. Одев махровый халат, Бонд прошел к буфету, взял там несколько тонких ломтиков ветчины и принялся изучать длинный список всевозможных салатов.

— Не желаете ли выпить, мистер Бонд? Расколоть лед недоверия? — Ее голос был мягок, без акцента.

— Мисс Ингбер? — спросил Бонд, не обернувшись.

— Да. Я немного понаблюдала за вами, и думаю, что вы за мной тоже. Может, пообедаем вместе? Остальные уже тоже приехали.

Бонд повернулся. Перед ним стояла та самая эффектная блондинка, которую он видел в бассейне. Теперь на ней было сухое черное бикини, а ее кожа отливала бронзой — цветом осенней буковой листвы. Такой цветовой контраст — кожа, тонкий черный материал и потрясающие золотистые короткие локоны — делал Ривку Ингбер не только чрезвычайно обольстительной женщиной, но и наглядным примером того, как надо следить за своим здоровьем и красотой. Ее лицо было полно свежести, а черты безупречны: классические, почти нордические, вдобавок — жестко очерченные губы и черные глаза, в которых почти соблазнительно плясал юморной огонек.

— Ну, — признался Бонд, — вы прямо застали меня врасплох, мисс Ингбер. Шалом.

— Шалом, мистер Бонд… — Розовый ротик изогнулся в улыбке, которая оказалась открытой, провокационной и полностью искренней.