Читаем Оперативное вмешательство полностью

– Вот так-то, Александр Иванович, – вздохнул Степан Лианозов, – настали для нас страшные времена. Государь-император Михаил Александрович, ударившийся в народолюбство, требует, чтобы мы думали о благополучии своих работников больше, чем о своих собственных нуждах, а в случае неподчинения грозит страшными карами.

– Ну, Сергей Сергеевич, – развел руками Михаил, – времена, понимаешь, для них страшные. Этих людей, пожалуй, ничем не проймешь, алчность их такова, что сверхприбыли для них дороже собственных голов. Ты что скажешь, а то Мы уже начинаем терять терпение…

– Нет, Михаил Александрович, – сказал я, – головы буржуям рубить пока преждевременно. Это всегда успеется, да и отрубленное обратно в случае необходимости не сможет приставить даже Лилия. Для начала их следует хорошенько ударить по карману, а вот как это лучше сделать, необходимо спросить у специалиста, чтобы случайно вместе с шерстью не снять с господ буржуев шкуру.

– Госпожа Смитсон, – спросил Михаил, – а каково ваше мнение по этому вопросу?

– Ваше Величество, – ответила та, – вам какое решение выдать: поверхностное, половинчатое или полностью соответствующее интересам вашего государства?

– Последнее, – неожиданно хриплым голосом произнес Михаил, – государственные интересы для меня важнее всего.

Тут все затаили дыхание, ведь каждый воспринимал слова «государственные интересы» по-своему. Товарищи революционеры подумали, что сейчас эта женщина скажет, что надо закрутить гайки, держать и не пущать, а любое недовольство народных масс подавлять силой оружия. И в то же время господа нефтепромышленники решили, что сейчас из уст этой суровой как Немезида женщины прозвучит роковое слово «секвестр», и они одним росчерком императорского пера лишатся всего, что было нажито ими непосильными трудами, ведь Михаил уже прямо говорил им, что не исключает и такого решения этого вопроса.

Мой начальник финансовой службы еще раз обвела внимательным взглядом присутствующих владельцев нефтепромыслов и управляющих, от чего тех пробило на холодный пот.

– Первое, что я хочу вам сказать, – в полной тишине размеренно сказала Мэри, – наступающий двадцатый век можно смело назвать веком нефти. Не так давно в Североамериканских Соединенных Штатах полетел первый аэроплан братьев Райт с бензиновым двигателем, в Германии по дорогам поехали первые автомобили конструкции господ Даймлера и Бенца, у вас в России вышел в плавание первый корабль с нефтяным двигателем внутреннего сгорания, а британский адмирал Фишер уже сказал свою коронную фразу: «Кто владеет нефтью, тот правит миром». И этот господин не ошибся. В следующие десять-пятнадцать лет потребность в нефти и продуктах ее переработки будет расти в геометрической прогрессии, и одним из самых крупных потребителей нефти станут военные. Небо над полями сражений заполонят тысячи боевых аэропланов, по земле, вытесняя кавалерию, поползут сотни бронированных механических чудовищ, а в море выйдут быстроходные турбинные крейсера и линкоры на нефтяном ходу. Из этого, Ваше Величество, следует, что нефть является стратегическим товаром, от которого напрямую зависит безопасность вашего государства, а значит, ее добыча, переработка и экспорт должны находиться под непосредственным государственным контролем.

– Госпожа Смитсон, так значит, вы все-таки предлагаете мне провести секвестр или, как говорили у вас в будущем, национализацию всей нефтяной промышленности? – спросил Михаил, в упор глядя на побледневших нефтепромышленников Истинным Взглядом.