– Маш, билеты мне в Ростов-на- Дону. Ближайшие. Или джет.

<p>Глава 2</p>

Пик…пик…пик… Тая отрешенно наблюдала, как кассирша, тетя Оля, пробивает набранные продукты. От усталости ломило тело, хотелось доползти наконец до дома и просто упасть на кровать.

День выдался бесконечный.

Закрытие квартала на работе, все нервные. Зинчук наорала на нее за ошибку в табеле при всех, из-за чего Тайке даже пришлось поплакать пару минут в туалете. А потом автобус не приезжал полчаса, а на улице моросил дождь. Тот, самый противный, который бывает ранней весной или поздней осенью. Холодный, пробирающий до костей. А зонта у Таи не было. Она не забыла – его просто не было никогда. Тая не любила зонты, обходилась капюшоном. Но, стоя сейчас у кассы в супермаркете, промокшая до самого белья, она лениво раздумывала, что наверно все-таки стоит купить.

– Карта магазина?

Тая отрицательно покачала головой, тетя Оля раздраженно вздохнула и достала из кармана свою, дежурную.

– Тысяча восемьсот тридцать, – огласила результат.

Тая полезла в кошелек за карточкой. Очередь за ней недовольно зашипела: "сразу не подготовиться?","молодежь эта ни о чем не думает, а мы с работы", "ума нет"…

Заливаясь жгучим румянцем и делая вид, что не слышит, Тайка приложила найденную через полминуты карту. И, только оплата прошла, торопливо стала собирать продукты в пакет, мысленно отчитывая себя, что проворонила момент и не стала делать это сразу, а стояла и страдала ерундой..

Неодобрительные взгляды других покупателей так и липли к ней, делая движения суетливыми и рваными.

Ещё и телефон в сумке заорал. Чёрт.

Девушка на секунду замерла, раздумывая доставать гаджет или продолжить собирать продукты, которые мешали следующему покупателю. Решила, что лучше продукты.

Ускорилась, запихивая в пакет бананы, кефир, масло, а телефон все орал и орал, заставляя мысленно его ненавидеть. Даже тетя Оля, соседка по подъезду, неодобрительно покосилась на неё.

– Извините, – глухо просипела Тайка и наконец отошла.

Бросила тяжелый пакет на пол. Стала, закусив губу, искать телефон, роясь в безразмерной сумке. Отчего-то хотелось реветь. Такая глупость, но как-то все сразу…

Выловив орущий гаджет, увидела, что это бабуля. Ну вот почему она вечно так не вовремя!

– Да? – прозвучало глухо и грубо.

– Таюш, ты скоро? – поинтересовалась бабЛида каким-то странно взволнованным голосом, отчего он у нее звучал выше и тоньше, чем обычно.

Тая сразу это уловила. Нахмурилась. Глухое раздражение мигом сменилось нервным беспокойством.

– Нет, я в магазине, а что? Случилось что-то?

– Нет…Вернее, да, – бабулин голос так и дрожал в динамике, вызывая у Таи прилив болезненного адреналина.

Лидия Михайловна в бытности своей была крайне спокойным и уравновешенным человеком. Иногда даже чересчур, а тут так голос дребезжит…

– Гости у нас, Таюшенька. Тебя ждут. Давай быстрей, – продолжила бабЛида с тяжким прерывистым вздохом.

– Гости? Какие ещё гости? – не поняла Тая, но бабуля не ответила, успев отключиться.

Тайка посмотрела на гаснущий телефон, пожала плечами и, подхватив тяжеленный пакет, побрела из магазина.

“Какие ещё могут быть гости?!” – всё крутилось у неё в голове, пока брела по лужам, которые обойти не представлялось возможным.

Странно это всё. И тревожно.

Идей не было, а тянущее, тоскливое предчувствие уже появилось.

Натянув капюшон на самый нос, дотопала до подъезда, перекидывая режущий ладонь пакет из одной руки в другую. Пока прикладывала кнопку к домофону, взгляд зацепился за черный, блестящий покатыми боками мерседес представительского класса, припаркованный прямо в центре двора рядом с детской площадкой. У капота курил какой-то широкоплечий бритый мужик в костюме. Он повернул голову и, сощурившись, посмотрел на неё в упор. Тая быстро отвернулась и юркнула в подъезд, захлопнув за собой тяжелую дверь.

Сердце заполошно билось в груди, хотя никакой логики в этом не было.

Ну этот-то точно не к ним. Может ждёт кого-то? А машина красивая…Длинная как корабль. И к кому в их пятиэтажки могла такая заехать? Тая даже представить не могла.

Пыхтя, девушка поднялась по щербатым ступеням на третий этаж и, с усталым облегчением, что всё-таки добралась до дома, позвонила в звонок. Шаркающие бабушкины шаги по ту сторону двери раздались сразу.

– А вот и Таечка, – донесся до Тайки неественно высокий голос бабули, что-то кому-то объясняющей, – Пришла!

Дверь распахнулась. На пороге стояла бабушка. Напряженная, взъерошенная. Со сложенными на груди морщинистыми руками и тускло мерцающим беспокойным взглядом.

– Проходи, Таюш, гости у нас…– ломко выдавила Лидия Михайловна и отстранилась, давая дорогу.

Тая шагнула в коридор, но чужих вещей не увидела. Ни обуви, ни куртки. Удивленно вскинула бровь.

– Там, на кухне, – махнула бабЛида рукой, – разувайся и проходи.

И сама первая пошла в сторону кухни, забрав у Тайки пакет с продуктами.

– А кто, бабуль? – окликнула старушку девушка, присев на кушетку, чтобы разуться.

– Кто? – бабЛида обернулась, прежде чем скрыться за поворотом узкого коридорчика. По лицу ее пробежала заметная тень, – Говорит, брат твой. Вот так.