Читаем Опасные игры полностью

   - Папаша, а тут и думать нечего. Звёзды говорят, чтобы я собирал свои манатки, а они и так все со мной, и как можно крепче хватался за твоё стремя. - Повернувшись к своим друзьям, он спросил - Лимбург, Гезелиус, а вы что телитесь? Или вам требуется специальное приглашение от Папаши и его сынков? Смотрите, так ведь и мимо пролететь можно. Не о службе ли в Остоаране мы всегда мечтали?

   Оборотень тотчас молча протянул свои серебряные страницы Папаше, а пернармо принялся канючить:

   - Громила, дай хоть прочитать, что со мной было?

   - А ты что, сам этого не знаешь? - Удивился гоблин.

   Бывший вампир почесал свой левый клык, который как у всех пернармо стал даже меньше человеческого, и сказал:

   - Хнел'ронк, одно дело знать это на память и совсем другое читать то, что про тебя написано богами серебряными рунами. Я, мой друг, живу на свете уже немногим более тысячи лет, очень многое предпочёл забыть и потому хочу всё освежить в памяти.

   - Да, иди ты! - Изумился гоблин - А на вид тебе было не больше тридцатника, когда ты прилетел в нашу деревню с той девчонкой в когтях и стал канючить, чтобы тебя отучили кровушку сосать. Ну, ладно, тогда читай, раз это тебе так интересно, а потом и я взгляну.

   Исигава и Ник переглянулись между собой и чуть заметно улыбнулись, так как получили ещё один знак. Пернармо Гезелиус, имя которого им так и не было открыто гороскопом Ланнеля девять лет назад, показал молодому гоблину два листа пергамента покрытыми такими мелкими рунами с обоих сторон, что тот испуганно воскликнул:

   - Нет, братишка, я такие мелкие руны без очков не прочитаю.

   - А ты их вообще не прочитаешь, Хнел'ронк. - Сказал Исигава и объяснил - Они написаны на древнем языке первых людей Тёмного Ожерелья и даже для меня очень многое в нём непонятно, хотя я его и знаю довольно неплохо. - Поклонившись пернармо, он поприветствовал его - Рад встречи с тобой, мастер Гезелиус. Мы давно поджидали того, кто является одним из двенадцати Патриархов. Даже как-то не верится, что ты прожил семь тысяч двести три года. Ну, что же, теперь у славного седьмого отряда есть мудрый командир. В крепости тебя уже два года дожидается та, под руку с которой ты взойдёшь на трон Ларстрана. Можешь оставить серебряные страницы у себя, Гезелиус, Заноза специально изготовил их в двух экземплярах.

   Канодская аристократка, которая отправилась в рейд с двумя громадными молчаливыми парнями, встала, с поклоном протянула свои серебряные странице Исигаве и сказала не глядя на спутников:

   - Граф эс-Артрузо, барон эс-Карсанго, вручите свои серебряные страницы мастеру Папаше. Скоро мы предстанем перед нашим королём Николасом Мудрым.

   Ник вжал голову в плечи. Граф забрал серебряные страницы из рук барона и, протягивая их девушке, сказал:

   - Ваше сиятельство, возьмите. Мы поклялись следовать за вами и нашей судьбой распоряжаетесь только вы и король Николас.

   Тут уж все стали наперебой вручать Исигаве свои личные дела, так как успели прочитать на золотых страницах две первые строчки, которые гласили: - "Вступив в седьмой отряд "Файрупилин" и так далее, уже никто не собирался раздумывать слишком долго и Исигава Яри, сложив их в кожаную красную папку, сказал улыбаясь:

   - Ну, что же, господа, я рад, что боги свели нас наконец вместе. Ваша будущая боевая подруга и невеста мастера Гезелиуса, которую он так неосмотрительно выпустил из своих объятий, принцесса Вилиниэль ждёт нашего возвращения в Остоаране, а вам, княгиня Лилия и вашим доблестным спутникам я представляю короля Николаса Мудрого из славной династии Марновингов Канодских.

   Ник Марно вжал голову в плечи ещё сильнее и густо покраснел, а Исигава, треснув его по затылку, строго рыкнул:

   - Встань, орясина, и покажи княгине свою фиговину на шнурке, чтобы она убедилась в том, что ты действительно король, а не какой-то там безродный жулик. Древние магические инструменты, которые можно раскрыть только силой королевской крови, это тебе медяк в три барашка достоинством. Да, преврати свой пятнистый синоби-сёдзоку во что-нибудь приличное, король недоделанный.

   Однако, Ник и после этого не торопился вставать из-за стола и даже вцепился в сплетённую из гладких ветвей скамью пальцами, но Исигава взял его за шиворот, вытащил на свободное пространство и даже слегка двинул в зад коленом, чтобы король встал по стойке смирно. Синоби-сёдзоку быстро превратился в дворянский наряд голубого атласа (голубой цвет был королевским в Каноде) и Ник, сняв с шеи большую королевскую печать, кольнул палец рейнджерским кинжалом, активировал свой перламутровый медальон и он действительно превратился в большую серебряную конструкцию, которая могла даже без чернильной подушечки ставить ярко голубые, светящиеся оттиски на чём угодно, даже на чьём-либо лбу, но тогда это было клеймо. Канодские дворяне также превратили свои сайринахампы в красивые наряды. Граф и барон встали напротив своего короля коленопреклонённо, а княгиня Лилия эс-Канодо, замерла в глубоком реверансе и чуть дрожащим, низким грудным голосом сказала: